Под Знаком Исцеления

— Они были довольно примитивны, — сказала она.
— Ты не можешь себе представить, что делает с войском соответствующая подготовка.
— Она делает солдат организованной силой. Разве это составляет такую уж большую разницу? Кружка подвинулся ближе.
— Они построили лагерь. Они сооружали загоны, а потом окружали и сгоняли туда представителей всех видов, которых встречали на Перекрестке.
— Цивилизация, — сказал грифон сухо, — заключается в основном в нахождении, опознании и уничтожении сорняков, вредителей и противников. — Но ведь они проиграли.
— Ничего подобного. — Кружка покачал головой, сочувствуя ее неспособности увидеть истину. — Они победили. Перекресток пал, milites завоевали его.
Стефан, Мелина и Бидж посмотрели друг на друга, ничего не понимая.
— К тому времени, когда они завоевали Перекресток, — сказал Кружка, — здесь не осталось никого, кроме них самих. И однажды они выступили в поход по дороге, которая, как они считали, была им известна, — и ушли навсегда. Никто не знает, куда они ушли.
— Я всегда считала, — пробормотала Бидж, — что без традиции письменности история может быть достоверна только до тех пор, пока жив последний свидетель событий.
Кружка и грифон молча посмотрели на нее.
— Да и в этом случае достоверность не гарантирована, — добавила Бидж, чувствуя себя неловко. — Каков возраст Перекрестка?
— Геологический? — быстро спросил грифон. — Посмотри на холмы, среди которых ты живешь. Это старые, разрушающиеся горы, моя дорогая, вроде ваших Аппалачей. А вот Скалистые горы и горы в северной части Перекрестка — молодые…
— Я имела в виду исторический возраст. Тема Стефана касается исследований истории.
Стефан, не замечая, какое напряжение царит в зале, прервал наступившую тишину:
— Я слышал рассказы только про milites и не знаю ничего, что было до того. Пожалуйста, скажите, какова более ранняя история Перекрестка?
— Мы не уверены, — покачал головой Кружка. Бидж нахмурилась:
— А Филдса вы спрашивали?
— Кого же еще, как ты думаешь, мог я спросить в первую очередь? — Вопрос Бидж явно задел Кружку.
— И он тоже не знал ничего о более ранних событиях. Кружка закусил губу.
— Touche note 8 , — пробормотал грифон. Кружка сдался:
— Ну да, он не знал. Самые ранние исторические сведения о Перекрестке, известные кому-либо, заключаются в том, что Перекресток был завоеван римлянами в первом веке новой эры. Потом римлян выманили по Странным Путям, и все начали возвращаться. На это ушли столетия.
— Но прежде чем вернуться, все должны были покинуть Перекресток. Перекресток полностью опустел, не правда ли?
— Да.
— И беглецы тоже устремились по Странным Путям. — Мысли Бидж неслись вскачь. — Поэтому-то в нашем мире появились единороги, грифоны, птицы рок…
— И фавны, — закончил за нее грифон. — И сатиры, и многие другие виды, которым так и не удалось вернуться на Перекресток и которые вымерли. Вероятно, бегство было очень беспорядочным; отдельные индивиды и группы оказались в разных мирах, хотя лучше было бы, если бы в каждый мир попали все представители какого-то одного вида. Наверное, предполагалось, что это будет способствовать выживанию. Если так, то решение было неудачным, фатальным для одних, почти фатальным для других.
— Но кто-то должен был показывать дорогу, или с Книгой Странных Путей, или… Кружка тихо ответил:
— Это только предположение, но мы не думаем, что тогда существовала Книга Странных Путей. Мы думаем, что все знания были в чьей-то голове.
— И этот кто-то погиб.
— Да. — Кружка тряхнул головой. — Может быть. Не следует предполагать, не наведя предварительно справки. Бидж умолкла и задумалась.
— Могу я задать еще вопрос? Кружка улыбнулся ей, довольный, что тема разговора меняется.
— Конечно, юная леди. Я не на все вопросы могу ответить, но постараюсь.
— Спасибо. Однажды кто-то сказал: «Великий бог Пан умер…»
— Где ты слышала это? — Кружка в изумлении вытаращил глаза.
На самом деле Бидж слышала, как Кружка с чувством процитировал эту фразу сатиру по имени Филдс — тому самому, по инициативе которого ветеринары впервые появились на Перекрестке и который заботился обо всех существах, обитающих здесь.
— Кто-то сказал так при мне. Когда эта фраза была произнесена впервые?
Кружка, ничего не ответил. Наконец грифон обратился к нему:
— Рискованно недооценивать эту юную леди. Придется тебе все рассказать:
— Это случилось в первом веке новой эры, — сказал Кружка неохотно. — Дело было в Средиземноморье. Кто-то прокричал эти слова с берега острова, обращаясь к человеку по имени Тамос.
Бидж кивнула:
— И это произошло примерно в то же время, когда milites захватили Перекресток?
— Ну… более или менее. Может быть, немного позднее. Нет никаких доказательств, что эти два события связаны, знаешь ли.
Грифон посмотрел на него с отвращением и отвернулся.
— Узнать все это очень интересно, — вежливо вмешался в разговор Стефан, — но не думаю, что такие знания помогут мне написать реферат.
Кружка вздохнул:
— Ты прав. Спасибо, что вернул нас к неотложным делам. Но разве твоя единственная трудность в том, о чем писать, и в том, как найти материалы?
Стефан замотал головой так, что кудри взметнулись вокруг рожек:
— Ей не нравится и как я излагаю свои мысли. Грифон нетерпеливо постучал когтем по столу.
— Теперь ей это понравится, даже если она не поймет, в чем дело. Повторяй за мной: narratio… Нет, лучше по-английски: вступление, изложение существа дела, приведение доказательств, обсуждение и заключение.
Кружка одобрительно закивал:
— Так учил Аристотель. Стефан, повтори за ним. Стефан с сомнением повторил слова грифона.
— Прекрасно. Это — части классического ораторского выступления. Теперь мы поговорим о том, для чего каждая из них предназначена.
Грифон продолжал поучать; Стефан, высунув от усердия кончик языка, лихорадочно записывал. Бидж некоторое время слушала, потом, радуясь, что ей больше никогда не придется проходить университетский курс английского языка, отошла и стала смотреть, как Хрис готовит очередное блюдо.