Разум на торги
Наконец они дошли до лодки, и от получаса осталось всего двенадцать минут — слишком мало для еще одного выхода. Али, у которого ноги подкашивались, испытал честно заработанное облегчение; он знал, что второго похода ему без отдыха не выдержать. И даже с отдыхом, подумал он, когда порыв ветра припечатал его к корпусу лодки. Хотя основной удар принял на себя шлем, в голове зазвенело, и несколько минут он не мог понять смысл голосов, зазвучавших в рации.
Но тревога этих голосов пробила дымку забытья, и Али понял, что что-то случилось. С внезапным ощущением вины он подумал, что забыл о Дэйне и бывшем с ним татхе.
Тут же он заметил мигнувший сигнал, сообщавший, что Джаспер хочет поговорить с ним по закрытому каналу. Али нажал кнопку приема вызова, и Джаспер сказал:
— Ты чувствовал ментальную вспышку в момент землетрясения?
Али заскрипел зубами. Это было нарушение обещания, капитуляция!
— О чем ты говоришь? Джаспер вздохнул:
— Значит, только я? Я боюсь, что Дэйн попал в беду. Я принял сигнал боли, острейший.
Али огляделся, но высокой фигуры Торсона среди татхов, стоящих возле погрузчика, не было видно.
— Ты не слышал? Он не отвечает. Али отключил Джаспера и набрал частоту Дэйна. Ничего. Он попытался еще раз. Опять ничего. Он поднял глаза, оглядывая горизонт во все стороны. Лоссин и Дэйн Торсон исчезли.
В тревоге Али снова связался с Джаспером.
— Он не докладывал?
— Нет. Вросин потерял его из виду за десять минут до землетрясения. У него повредило рацию, и он не мог доложить.
— Они знают его местонахождение?
— Не передали. У меня есть его местоположение на момент последнего контакта. Туда направляется Лоссин — ждем сообщения.
Али переключился на общий канал и услышал доклад Лоссина:
— Лоссин рапортует. Я вышел на последнее положение Дэйна. Здесь ничего. Ответа нет.
Али снова переключился на закрытый канал:
— Что будем делать?
Али услышал, как Джаспер набрал побольше воздуху, и потом сказал:
— Ты взял — то есть ты можешь взять — его местонахождение?
Али хотел огрызнуться, что у него с собой нет никаких приборов, но он знал, что имеет в виду Джаспер. Ситуация была слишком серьезная, чтобы вякать насчет обещаний.
— Нет, — ответил он. — А ты?
— Я не воспринимаю место, — извиняющимся тоном пробормотал Джаспер. — Только эмоции.
«Я воспринимаю, — подумал Али. — Торсон и я воспринимаем местоположение. Черт, черт, черт!»
Он зажмурился, впервые пытаясь открыть себя связи. Только — как? Он пытался вообразить, где находится Дэйн, и мозг услужливо воспроизводил образы: Дэйн, падающий в яму, цепляющийся за склон, придавленный скалой. Но Али знал, что это все воображение, подстегнутое страхом.
Он попытался очистить мозг от всех мыслей и просто ждать.., но ощущал только мягкое ватное одеяло поверх разума, заглушающее все.
— Али? — Джаспер. — Я прошу прощения...
— Ничего, все нормально. Но я ничего не могу воспринять.
Джаспер отключился.
Примерно через минуту появился Лоссин, пригибаясь от пронизывающего ветра.
Тасцин подошла к нему, заговорила. Али видел, как Лоссин махнул рукой, и они стали оживленно переговариваться, потом Тасцин повернулась к Штотцу и махнула ему, тот сообразил, что у него отключен общий канал, и быстро нажал кнопку.
— ..рискнем искать? Ты должен решить. Напряженный и суровый, прозвучал голос Иогана:
— Я думаю, что мне не пройти против такого ветра. Послушайте, мы можем прочесать последнее место на флиттерах?
— Мы это сделаем.
— По машинам! — крикнул Штотц. — Быстро! Они залезли в свой флиттер, забыв о грязи и слякоти. Лодка поползла обратно в прибой, а Штотц привел в действие управление флиттера. Крылья машины были прижаты к корпусу, подставив ветру минимальную поверхность. Даже несмотря на муть в мозгу, Али понял, что у них очень мал запас горючего. В тяжелом молчании два флиттера пролетели над островом, сделали над ним круг. Снова круг, на этот раз шире, и третий раз, хотя индикатор уровня горючего уже замигал красным.
Наконец Штотц сказал:
— Мы не можем рисковать жизнью всех. Нужно возвращаться.
Никто ничего не сказал.
Джаспер вышел из кружения и начал долгий и опасный полет домой.
Али сорвал с себя шлем и перчатки и уронил голову в ладони.