Племена Гора
— Нет! — заревел Сулейман, схватившись за рукоять ятагана. — Это ложь!
Поднялся невообразимый шум. Наконец Гарун поднял руку.
— Сулейман сказал правду, — произнес он. — Аретаи не совершали набегов в этот сезон, а если бы и совершили, они не стали бы разрушать колодцы. Они — из Тахари.
Это была высшая похвала, которую мог сделать представитель другого племени.
— Кавары тоже, — отчетливо произнес Сулейман, — из Тахари.
Крики стихли.
— У нас ecть общий враг, который старается стравить нас между собой, — сказал Гарун.
— Кто? — спросил Сулейман.
Гарун обернулся к связанным пленным. Они опустили руки и повалились на колени.
— Кто ваш хозяин? — гневно спросил Гарун.
Один из несчастных поднял голову:
— Тарна.
— Кому она подчиняется?
— Абдулу, соляному убару, — пролепетал человек и опустил голову.
— Ничего не понимаю, — пожал плечами молодой хан таджуков.
В левой руке он держал черный кожаный щит, в правой — тонкое черное копье из древесины тема. На поясе хана висел ятаган. Он носил тюрбан и откинутый на плечи бурнус. У хана были живые черные глаза с эпикантусом. К седлу он приторочил шлем причудливой формы с полукруглым султаном. Подобная воинская мода пришла явно не из Тахари. Молодой хан сердито переводил взгляд с одного лица на другое.
— Я приехал сюда воевать. Вы что, не собираетесь биться9
— Битва будет обязательно, — ответил Гарун, смерив хана внимательным взглядом. Затем, посмотрев на Сулеймана, он произнес:
— Я говорю от всего сердца. Кавары и все подчиненные им племена переходят под твое командование.
— Я слишком слаб, — ответил Сулейман. — Я еще не оправился от раны. Лучше ты командуй аретаями и всеми, кто готов биться на их стороне.
Гарун посмотрел на молодого хана таджуков:
— Ты готов мне подчиниться?
— А ты поведешь меня в бой? — спросил хан. — Да.
— Тогда я пойду за тобой. — Молодой хан поворотил кайила, потом, словно вспомнив что-то важное, развернулся: — Кто будет драться на твоем левом фланге?
— Таджуки, — сказал Гарун.
— Айййи! — закричал молодой хан, поднялся в стременах, потряс копьем и поскакал к своему войску.
— Может быть, тебе стоит вернуться в Девять Колодцев? — спросил Гарун Сулеймана.
— Нет, — произнес Сулейман — Я буду следить за дисциплиной своих людей
Паши и их телохранители вернулись к своим отрядам
— Может, прикончить этих слинов? — спросил Барам, указывая на стоящих на коленях пленников. Они прижались головами к земле и дрожали от ужаса
— Нет, — ответил Гарун. — Отвести их к шатрам и заковать в цепи, как рабов. Рабов у нас будет много. Выручим за них хорошие деньги в Торе.
Воин взял веревки, которыми были привязаны к седлу Гаруна пленники, и потащил их с поля боя.
Со всех сторон звучали команды. Войска перестраивались. Скоро по пустыне двинулось гигантское войско. В центре шли кавары и аретаи. На правом фланге ехали та'кара и луразы, бакахи и ташиды, чары, кашани и равири. На левом фланге находились ти, араны и зевары. На самом его краю в сорока шеренгах шли таджуки.
Позади нас с Гаруном растянулись цепи племен Тахари.
— Как обстоят дела в стране дюн? — спросил Гарун.
— Хорошо, — ответил я.
Он накинул на плечи накидку от ветра.
— Вижу, ты до сих пор носишь на левом запястье кусочек шелка?
— Да, — ответил я.
— Пока мы едем, расскажи, что произошло в стране дюн, — сказал он.
— Я сделаю это с удовольствием, — поклонился я. — Только скажи, каким именем тебя называть?
— Называй тем, которое знаешь лучше всех, — произнес он.
— Хорошо, Хассан, — улыбнулся я.