Короли не плачут
— Вот как? — процедил сквозь зубы король. — Значит, есть ещё и колеблющиеся? Было бы любопытно взглянуть на их список! И чем раньше ты мне его предоставишь, тем для тебя будет лучше! Ты понял, лис?!
— Да, сир!
— А теперь скажи мне, откуда во дворце взялась эта дикарка, — король кивнул в сторону трупов.
— Позвольте? — лис подошёл к телам и присел. Он внимательно осмотрел трупы, после чего медленно произнёс: — Заговорщики хотели свалить ваше убийство на суомов. Для этого им понадобился человек с внешностью салийца.
— Ты хочешь сказать, что это не настоящий суом?!! — вспылил Грав.
— Настоящий, — сокрушённо признал Вейдж, — но я этого не знал! И он, как оказалось, тоже не знал, — с каким-то удивлением пробормотал лис.
— Кто? Жубер?
— Оборотень, сир! — вставая, произнёс Вейдж.
— Оборотень? Эрр Жубер? Его тоже подменили?!
— Думаю, его никто и никогда не подменял. Он всегда был оборотнем, потому ему и удавалось так ловко скрывать свою истинную сущность. Можно сказать, он оборачивался в самого себя. Во всяком случае, я общался с двумя совершенно разными людьми… Два человека в одном… Истинный оборотень… — тёмный лис замолчал.
Внезапно раздавшийся дикий крик заставил мужчин обернуться. Королева билась в истерике, повиснув на руках Вирты:
— Даниэль!! Дети!! Ты приказал… оправить людей… Новиджу!!
Где-то далеко внизу раздалось ржание загнанной до полусмерти лошади. Человек опрометчиво оглянулся через плечо и едва не сорвался вниз. В последний момент он успел уцепиться сбитыми в кровь руками за острые камни и остановил, как казалось, неминуемое падение. Прижавшись к скале, почти слившись с ней в единое целое, он замер, пытаясь унять бешеный стук сердца. Путь был только один — наверх. Мужчина осторожно вытянул руку, нащупал расщелину в камне и, погрузив в неё пальцы, подтянулся. Некоторое время он висел на одной руке, лихорадочно пытаясь другой нащупать опору. Наконец это ему удалось, и он вновь замер, чтобы перевести дух.
Спустя час, измученный и обессиливший, он в последний раз подтянулся и в отчаянном рывке перевалился через край, оказавшись на вершине скалы. Какое-то время человек лежал без движения. Затем, перерезав верёвку, он освободился от вязанки хвороста за спиной и тяжело поднялся. Пошатываясь, он оттащил вязанку от края пропасти, после чего, порывшись в карманах, достал кресало и опустился на колени.
Огонь, поначалу неохотно, а затем, словно вспомнив о своей прожорливости, резво побежал по сухим веткам, и вскоре в тёмное небо взметнулся высокий язык пламени. Мужчина встал и, подойдя к краю пропасти, стал пристально вглядываться в ночную тьму. Вскоре он увидел, как далеко на западе вспыхнула яркая точка. Человек облегченно выдохнул и улыбнулся. С чувством выполненного долга, он опустился на камень и протянул озябшие руки к костру. В отблесках пламени холодно сверкнул серебряный позумент, украшавший рукава гвардейской формы.