Дитя Всех святых. Цикламор
– Всю свою жизнь я не забывал ее.
– Тогда пойте. Пойте со мной… Да! Громче! Еще громче!..
Когда первые волны достигли скалы, Франсуа все еще распевал во весь голос:
Отлив мне рыцаря принес,
Прилив уносит прочь.
Кому поведать горе мне,
Кроме ракушек морских?
Рено Сент-Обен склонился к губам, тронутым едва заметной дрожью, и расслышал, словно эхо, долетевшее из другого мира:
– Ракушек…
Последнее слово Франсуа было «ракушек». Это не значило ничего, кроме того только, что жизнь человека не завершается – она обрывается.
Рено осенил лицо своего предка крестным знамением.
***Франсуа перестал петь. Море покрыло его почти целиком. И тут свет померк. Сделалась вдруг непроглядная тьма. Франсуа обернулся к Маргаритке, которой больше не видел.
– Это смерть?
Голос его подруги звучал, как обычно, просто и естественно:
– Конечно. Смотрите, как она прекрасна!
Тогда вернулся свет. Он лился отовсюду одновременно, но только не с неба. Казалось, сияние поднимается из глубин моря, словно огромное полотнище. Это был восхитительный, дивный, несравненный фиолетовый свет!
И Франсуа впустил его в себя…
Намьяс Ж.-Ф.
H 24 Дитя Всех святых: Цикламор / Жан-Франсуа Намьяс; роман. – М.: Эксмо; СПб.: Домино, 2006. – 688 с.
ISBN 5-699-15162-1(ИР) © ООО «ИД .Домино, , 2006
ISBN 5-699– 16354-9(IIPN) ©Оформление. ООО «ИД „Домино“, 2006