Дороги судьбы

— Я тоже.
— Ты еще не решил, остаться или уйти. Не надо. — Она прижала палец к его губам, когда он захотел возразить. — Не решил. Я это чувствую. Ты решай, не торопись. А когда решишь, скажешь. Но завтра тебя здесь не будет, и ты сам это понимаешь. А сейчас ты здесь. Вот это главное, остальное — ничто.
Не было ни ветра, ни шорохов ночного леса. Были только они двое — и бесконечная, бездонная ночь.
Но настал рассвет.
Кинтари проводила их до корабля. Железная махина вызвала у нее некоторое любопытство, но и только. Даже в мыслях она никогда не покидала Валькону, и назначение летательного аппарата было для нее чужим.
— Прощай. — Она сжала руку Арианы. — Будь счастлива, хорошо?
— Ты тоже. — Ариана улыбнулась вампирше. — Может, еще увидимся.
Кинтари грустно покачала головой.
— Нет. Но это ничего. Все проходит.
С Кэлом она попрощалась на своем свистящем языке. Дарк протянул ей руку, но она лишь пристально посмотрела в его глаза.
— Помни, о чем я тебя предупреждала. И знай — ты всегда можешь меня найти.
Он кивнул.
Наконец Кинтари подошла к Грею.
— Я буду ждать, пока ты не решишь, — сказала она, проводя ладонью по его лицу. — Но что бы ты ни выбрал, не забывай меня, хорошо?
— Я никогда тебя не забуду, Кинтари.
Он наклонился и поцеловал ее, в последний раз сжимая в объятиях хрупкое тело. Когда они смогли наконец оторваться друг от друга, то еще долго стояли, не шевелясь, стараясь сохранить в памяти эти мгновения на всю жизнь.
Когда корабль с мощным гулом оторвался от зеленой травы и поднялся в воздух, Кинтари, закрывая ладонью глаза от солнца, смотрела ему вслед и никак не могла понять — почему то, о чем она знала с самого начала и чего ждала как неизбежного, приносит такую боль? И почему по щекам незаметно, сами собой, ручьями текут горячие слезы?