Французский связной

Пустая яма в подвале у Джо Фуке в сочетании с версией по второй декларации Анжельвена позволили следователям сделать вывод, что контейнером для доставки наркотиков оказался автомобиль шоумена. Сонни удалось получить ордер на обыск "бьюика" в четверг, 25 января – по иронии судьбы именно в тот день Анжельвен должен был отчалить на борту "Америки".
Через некоторое время детективы спрятали "бьюик" в старом заброшенном гараже. Мафия вряд ли сможет его там найти.
Поскольку ордер был официальным, механик автотранспортного отдела полицейского управления Ирвинг Абрамс скрупулезно, дюйм за дюймом, проверил "бьюик", в том числе приборный щиток и обивку. Он не только не нашел никаких следов наркотиков, но даже и тайника для хранения крупной партии героина.
Затем на помощь Абрамсу пригласили инженеров, досконально знавших машины марки "бьюик". И те, наконец, нашли то, что искала полиция. Под передними крыльями располагались два ряда болтов, покрытых сухим налетом. Когда чешуйки налета соскоблили и исследовали, оказалось, что это не крупинки и не порошок, как можно было ожидать, а вещество, сохранившее сцепление между частицами, словно налет появился недавно. В полицейской лаборатории установили: налет – это глина, характерная для французской почвы. Но свежая глина, и, что более существенно, появилась она под крылом "бьюика" недавно – не больше недели назад.
Сначала сняли лист подкрылка под левым крылом машины. Внутри оказалась полость – без всякого труда детективу удалось засунуть туда всю руку. Было такое ощущение, что тайник тянется по всей длине машины. После этого были обнаружены тайники с правой стороны, сзади и под фарами. Эти тайники легко вместили бы 112 фунтов героина, расфасованного в пакеты, и ещё осталось бы свободное место.
Воспользовавшись мощным пылесосом, полицейские собрали всю пыль из тайников в "бьюике" и исследовали её. Обнаружили совсем немного белого порошка – несколько кубических миллиметров. Проба Маркуса показала, что порошок – производное опиума.
Эдди Игэн и Сонни Гроссо догадывались, где искать ключ к месту хранения необнаруженных до сих пор 88 фунтов наркотика. Во время слежки они несколько раз видели Пэтси у гаража Энтони на Восточном Бродвее. Там могли прятать либо наркотики, либо деньги, либо то и другое вместе.
27 января они вместе отправились туда, положившись на интуицию. Не имея никакого официального повода, кроме того факта, что один из арестованных патронировал этот автомагазин. Их наглая атака привела к тому, что перепуганный хозяин и главный механик этого заведения Энтони Феола признался – Пэтси заплатил ему 50 долларов за то, чтобы заменить подкрылки под передними крыльями у "бьюика" и намазать болты из банки, которую дал. Затем Феола отогнал машину на Восточном Бродвее и оставил её там. Эта информация не дала детективам ничего, кроме морального удовлетворения, да мелких деталей в общую картину.
Тщательная проверка гаража у дома 45 на Ист Энд Авеню не прибавила ясности, разве что подтвердила – "бьюик" Анжельвена проходил здесь осмотр в течение двух дней. Его поместил сюда во вторник 16 января иностранец (Анжельвен) и забрал 18 января он же. В промежутке Пэтси Фуке пригнал туда "кадиллак" Травато, оставил его и уехал куда-то на "бьюике". "Бьюик" отсутствовал одну ночь (со вторника на среду) и был возвращен Пэтси к вечеру на другой день. Куда Пэтси ездил, неизвестно.
Полиция считала маловероятным, чтобы владелец гаража Сол Фридман непосредственно участвовал в передаче наркотиков: его знали как умного и осторожного человека, который вряд ли станет рисковать своим бизнесом. Тем более, что у него уже были неприятности с полицией. Однако полицейские почти не сомневались, что Фридман знал о происходящем – хотя вряд ли это можно доказать и посадить его в тюрьму. Во всяком случае, они поняли, что дом 45 по Ист Энд Авеню был только промежуточным пунктом в операции передачи. Для разгрузки Пэтси перегонял "бьюик" куда-то еще.
Потом, просматривая архивы, обнаружили, что у Фридмана был практически немой партнер, Арни Шульман. Полиция знала, что этот хулиганистый тип связан с наркодельцами. Шульман имел долю в бизнесе Фридмана на Ист Энд Авеню 45, а также владел другим коммерческим гаражом в Бронксе на Тремонт Авеню, где у Фридмана не было интересов. И этот гараж находился всего в шести кварталах от дома, где жил брат Пэтси Тони.
Игэн и Гроссо поехали в Бронкс. С фотографией автомобиля Анжельвена они как бы случайно зашли в гараж Шульмана. Старый механик копался с чем-то в глубине. Показав ему фотографию, детективы поинтересовались, не появлялась ли эта машина в его гараже. Механик взглянул на карточку, и у Игэна создалось впечатление, что он узнал машину. Сначала механик не признавался, но Игэн проявил настойчивость и после нескольких минут трудного разговора механик вспомнил, что "бьюик" неделю назад пригнали три мужчины, один, как ему показалось, живет неподалеку. Эти люди долго возились с "бьюиком", а потом его куда-то отогнали.
Игэн успокаивающе похлопал старого механика по плечу, похвалил за сознательность и вместе с Гроссо покинул гараж, многозначительно переглянувшись.
Детективы отправились к дому Тони Фуке. Они никогда не считали Тони важной фигурой в организации Анджело Туминаро. Подобно другу Пэтси Ники Травато, портовый грузчик Тони был грубым, малообразованным и, по мнению полиции, не очень умным человеком. В прошлом к нему не было серьезных претензий. Он всегда был рядом с братом и, очевидно, помогал тому. Например, присматривал за бруклинской закусочной. Даже после обыска у него на квартире, когда обнаружили заряженный пистолет и три с половиной унции героина, полиция рассматривала его всего лишь как боевика-марионетку, но не того, кому мафия могла вручить на сохранение свои богатства.
Но теперь Игэн и Гроссо взглянули на него другими глазами. Они вспомнили подслушанный телефонный разговор между Пэтси и "дядей Гарри" в ночь перед арестом. Говоря про одежду, которую Пэтси нужно было захватить, "дядя Гарри" сказал, что Пэтси может "использовать только несколько костюмов сразу, а остальные должен положить на хранение". Под "несколькими костюмами" могли подразумеваться те одиннадцать килограммов, конфискованные в подвале Пэтси Фуке, которые должны были быть проданы местной организацией, руководимой Малышом Энджи через Пэтси. Ну а "остальные костюмы" спрятаны в надежном месте, чтобы появляться на улицах города по мере надобности.
Убрать остальное посоветовал "дядя Гарри", и Пэтси заверил, что он так и сделал. Однако, кроме нескольких случайных унций, наркотиков не нашли ни в доме Пэтси, ни в его закусочной, ни у Ники Травато, ни в квартире Тони Фуке. Когда вернулся из краткосрочного отпуска один из детективов, принимавших участие в аресте Тони, он сообщил, что в ночь ареста обыскивали только квартиру Тони, а остальную часть здания не осматривали. Это дало толчок новому направлению хода мыслей Игэна и Гроссо. Дом Тони был недалеко от гаража Шульмана, где разгружали "бьюик" Анжельвена.
Тони Фуке жил с женой Пегги и двумя маленькими дочерьми в доме 1171 по Брайэнт Авеню в нижнем Бронксе. Дом представлял собой настоящую ловушку в случае пожара. Это была унылая пятиэтажка без лифта, из грязно-бурого кирпича, ничем не отличавшаяся от соседних домов, или, точнее, от тысяч других пятиэтажек в кварталах бедноты Нью-Йорка, где улицы и тротуары завалены мусором и нечистотами. Дом располагался в мрачном жилом массиве, примыкавшем к таким оживленным магистралям, как Вестчестер Авеню и Саузерн Булвар. Было время, когда его заселяли главным образом, итальянцы и евреи, эмигрировавшие из Восточной Европы, но теперь он подвергся наплыву пуэрториканцев. Тони был одним из немногих оставшихся итальянцев. Он занимал трехкомнатную квартиру на последнем этаже.