Лазутчики

Когда мой пятнадцатилетний сын Мэтью умирал от остеосаркомы, его самым скорбным заявлением было: «Но меня никто не будет помнить». Memento mori. Возможно, именно это и является сутью и смыслом городских исследований. В таком случае одержимость прошлым есть лишь еще одна форма проявления надежды. Надежды на то, что хоть что-то, связанное с нами, пройдет через годы, что через много лет кто-то будет изучать места, где мы жили, и ощутит наше все еще сохраняющееся присутствие.
Тот альбом с пластинками, который я нашел... Приглушенное шипение, которое я слушал точно так же, как кто-то другой, слушавший ту же самую пластинку за несколько десятков лет до меня. «Свадебные колокола разрушили нашу старую шайку». Это песня о времени, которое служит основой всему, о чем повествуют все истории. В этой песне молодой парень жалуется на то, что чувствует себя одиноким. Но когда я вспоминаю о том большом выселенном доме, о пустых комнатах, по которым я бродил, — с брошенными диванами, стульями, лампами и кастрюлями... Я не чувствовал себя одиноким.
Санта-Фе, Нью-Мексико