Когда наступает полночь

Турджен резко остановил машину в нескольких метрах от темного прямоугольного провала, заполненного нефтяной жижей.
— Выходи.
Пенн напряженно всматривался в его лицо.
— Боже милостивый, неужели вы не понимаете, что все было именно так?
— Выходи, — повторил Турджен.
Пенн машинально подчинился. Мысль бежать, попытаться спастись не появилась — он знал, что это бесполезно, он просто стоял и ждал.
Но ничего не происходило. И вдруг до него донесся голос Турджена:
— Обратно тебе придется добираться пешком. Очень жаль, но мне надо срочно быть в другом месте, чтобы уладить одно дельце.
Он газанул так, что взревя мотором, машина описала почти законченную окружность и помчалась по дороге назад к городу.
Пенн стоял на гнущихся, словно резина, ногах, мокрый от пота, и смотрел, как постепенно меркнут, удаляясь, красные огоньки автомобиля.
Он не знал, сколько пробыл тут, в стороне от дороги, с головой уйдя в блаженное ощущение жизни. Его вернул к действительности свет от фар автомобиля. Когда машина остановилась рядом с ним, Пенн увидел, что за рулем сидит Шоли.
— Вы целы? — встревоженно выкрикнул Шоли. — А куда делся ваш приятель?
Пенн схватился за ручку дверцы, чтобы не упасть:
— Он отпустил меня.
— Всю дорогу я висел у вас на хвосте. Я как раз выходил из лифта, когда увидел, как вы садитесь к нему в машину. Я сейчас же позвонил в полицию. Они блокировали все дороги. — И Шоли показал вверх по шоссе. — Еще каких-нибудь полмили, и вы попали бы прямехонько в их объятья.
Пенн взглянул на провал нефтяной ямы.
— Боюсь, что для меня все кончилось бы здесь.
— Представляете, куда этот парень отправился сейчас?
— Представляю, — вздохнул Пенн и сел рядом с Шоли. — В загородный клуб?
Шоли не надо было ничего объяснять, он был опытным водителем и гнал кратчайшим путем, но прошло почти полчаса, прежде чем их автомобиль, едва не перевернувшись на подъездной аллее, резко затормозил у клуба. Они выскочили из машины, взбежали по ступенькам и плечо к плечу пересекли холл.
Увидев их, из-за столика столовой выскочила Бев.
— Наконец-то!
— Что ты здесь делаешь? Где Холидэй?
— У себя в кабинете. Я поехала прямо сюда, как мы расстались, и не спускала с него глаз.
— Он один?
— Да. Погодите, кажется к нему не так давно зашел официант... Куда же вы?..
Но Пенн и Шоли уже подбегали к дверям кабинета. Пенн рывком распахнул обе половинки двери. На мгновенье им показалось, что они успели вовремя, так как Холидэй сидел в очень спокойной позе за столом и смотрел на них.
Но видеть их он уже не мог, как не мог видеть ничего вообще. Вся грудь его белого смокинга была залита кровью. Сзади него чернело распахнутое настежь окно...