Опасные игры
— Я Эвримен, — сказал Римо Брайену, — и я приказываю тебе вернуться в свою клетку.
— Что он такое говорит? — спросил Смит Чиуна.
— Просто отвлекает животное, — ответил Чиун и нахмурился.
Римо опять затеял какую-то игру. Это уже грозило перейти в привычку, и привычка эта могла стать опасной. Даже горилла могла оказаться опасной, если ты не сосредоточишься на том, что делаешь.
— Назад, — скомандовал Римо, но зверь, пошатываясь, двинулся вперед.
Римо снова нырнул между его вытянутыми лапами, прижал ладони к задней поверхности левого бедра обезьяны и, нащупав нужную мышцу, сдавил ее.
Левая нога Брайена тотчас же утратила способность удерживать вес тела, и зверь упал на одно колено.
Воспользовавшись левой рукой вместо вышедшей из строя ноги, Брайен снова двинулся вперед, пытаясь схватить Римо правой рукой. Римо поднял свою правую, и обе руки, его и гориллы, сцепились, образовав единый кулак. Рука Римо почти совсем скрылась в лапе гориллы, и тут Смит, не веря своим глазам, увидал, как рука Римо, пересиливая лапу зверя, заставила того отклониться назад и наконец упасть на колени.
— Невероятно! — воскликнул Смит и с тревогой огляделся по сторонам, ища взглядом кого-нибудь еще, кто мог бы это увидеть, но рядом никого не было. Он боялся, что здесь в любой момент могут появиться фоторепортеры, телевизионщики, последуют вопросы, интервью, что и положит конец КЮРЕ, поскольку тогда все станет достоянием общественности.
— Следует верить в то, что видишь собственными глазами, — сказал Чиун.
Но Смит его не слышал. Потрясенный, он взирал как Римо, подняв двухсоткилограммовую обезьяну, взвалил ее себе на плечо и понес в клетку.
Там он бережно опустил Брайена на пол, потрепал его по голове, будто комнатную собачонку, и вышел вон. Дверь он оставил открытой, но теперь это не имело значения. У Брайена больше не было никакого желания проявлять активность.
— Вы удовлетворены? — спросил Римо, обращаясь к Смиту.
— Абсолютно, — ответил Смит. — Пошли отсюда.
— А я нет, — заявил Чиун. — Ты слишком долго возился. Совсем ни к чему было унижать несчастное животное. — Повернувшись к Смиту, Чиун поклонился. — Прошу прощения, император, за слишком долгую процедуру. Но он исправится.
— Все в порядке, — сказал Смит.
— Вы уверены? — спросил его Римо. — А то, может, выпустить тигра или еще кого-нибудь и повторить?
— Не стоит, — ответил Смит. — Давайте наконец уйдем.
— Прекрасно, — сказал Римо. — Наша машина тут рядом, на стоянке.
— Никаких машин для тебя, пожиратель мяса, — сказал Чиун. — Тебе надо тренироваться. Побежишь следом.
Только они двинулись прочь, как появились четверо служителей с ружьями, заряженными усыпляющим средством. Среди них был и тот, с которым недавно разговаривал Римо.
— А где Брайен? — спросил одни из них.
— Был здесь, — ответил второй. — Могу поклясться. Эй, приятель, ты гориллу не видал?
— А как же, — ответил Римо. — В клетке сидит. Только дверь надо бы закрыть. А то может вылезти.