Белая вода
Повернувшись к Чиуну Санни Джой спросил:
— Стоит ли спрашивать, что все это значит?
Взглянув на Римо, возившегося с колесом, Чиун сказал:
— Нет. Не спрашивай. Не спрашивай никогда.
* * *Похороны были простыми. Над песчаной могилой сказали несколько слов, и это было все. Не было знака над могильным холмом и не было слез. Слишком силен был удар, чтобы были слезы. Они придут потом. Солнце в молчании клонилось к закату, и тени от канделябров кактусов становились длиннее — черные тени горя.
Когда все закончилось, Римо один ушел в красную песчаниковую пустыню, и каждый понимал, что идти за ним не надо.
* * *Вернулся он через три дня с таким обгоревшим лицом, какого Чиун у него никогда раньше не видел.
Фрейя позволила своему старшему брату Виннеру показать, что такое индейская борьба. У Виннера было докрасна загорелое лицо и волосы, как у Фрейи, только сильно выгоревшие на солнце. На этом их сходство заканчивалось.
— Он борется лишь вполсилы, — сказал Римо Чиуну.
Чиун кивнул.
Через мгновение Виннер лежал на спине, ругаясь в высокое небо.
Губы Римо чуть раскрылись в улыбке — наполовину удивленной, наполовину довольной.
— Я знал, что они поладят.
— Только ты, Римо, мог родить сына, который дал победить себя девчонке, — фыркнул Чиун.
— Может быть, я породил дочь, которая может победить каждого. Кажется мне, что в ней больше крови Сан Он Джо, чем в нем.
Чиун скорчил недовольную гримасу, но в его глазах сверкнули огоньки тайной гордости.
— Были ли какие-нибудь признаки Кали, пока я отсутствовал?
— Нет Дух демона нашел себе иной сосуд, в котором снова вернется терзать нас когда-нибудь.
— Ты со Смитом говорил?
Чиун кивнул.
— Безбожные канадцы запросили мира.
Римо отвернулся, чтобы не смотреть, как Фрейя выворачивает Виннеру большой палец из сустава. Виннер взвыл. Ботинки из страусовой кожи заколотили по камням пустыни.
— Как это произошло?
— Я информировал Императора Смита о судьбе копта и этого канадского рыботорговца. Смит сообщил Орлиному Трону, а Президент поделился новостью с Лордом Канады. Этого было достаточно, чтобы охладить порыв канадцев к войне и рыбе. Моря снова спокойны, и так будет, пока снова не ввергнутся добрые рыбаки в пучину алчности.
— Хорошо. Я собираюсь остаться здесь немного с детишками.
— А я буду жить со своими ошибками, которые так глубоко ранили тебя, сын мой, — горько ответил Чиун.
— Я похоронил прошлое в пустыне, Чиун. Все теперь позади. Забудь об этом. Много лет назад я любил Джильду но этого не должно было быть. Моя жизнь и ее жизнь — они не подходили друг другу. Вот почему она, наверное, забрала Фрейю в Канаду. Она думала, так будет надежнее и наши пути не пересекутся.
Теплый сухой ветер пустыни развевал кустистую бороденку мастера Синанджу. Чиун кивнул головой.
— Тогда не будем больше говорить об этом, — прошептал он.
И Римо направился разнимать детей, пока одному из них его нахальные косточки не разломали, как крекеры.