Сладкая месть

— Как раз то, что должно было случиться. У тебя очаровательный сынок.
— А Чита? С ней все в порядке?
— Она в порядке, Пауло, — Джоселин протянула завернутого в одеяло младенца. — Такой же черноволосый и черноглазый, как отец.
И без того широкая грудь Пауло стала казаться еще шире. Он полюбовался своим ребенком, потом подошел к Чите, наклонился и поцеловал ее.
— Obrigado — спасибо, моя милая женушка, — он глупо улыбнулся женщинам. — И вам спасибо, друзья.
И тут в дверях показался Рейн.
— Так у тебя сын? — Он подошел к другу и похлопал его по спине. — Теперь у Эндрю Аугустуса будет товарищ. Мои поздравления.
Он радостно улыбнулся Джоселин.
— Я думаю, дорогая, что нам пора заняться делом и позаботиться о подружке для маленькой Серены.
Серена была первым ребенком Читы и приносила Пауло огромную радость, уступавшую лишь радости его жены.
— А теперь идите-ка вы отсюда. Дайте моему ягненочку роздых.
Джоселин пожала Чите руку, Долли уложила ей под бок малыша. Хотя Пауло остался рядом с уснувшей женой, остальные вышли. Долли отправилась в детскую, чтобы присмотреть за маленьким Эндрю. Рейн тихо закрыл дверь.
— Хочешь дочку? — спросил он у Джо, когда они остались одни.
— Ты же знаешь, что да.
— Тогда почему бы нам не пойти и не узнать, не удастся ли мне ее сделать?
Джоселин улыбнулась. Господи, как же она его любит. После пожара эта любовь выросла в десятеро.
Она, конечно, оплакивала отца, но утешилась быстрее, чем думала. За четыре года до этого она уже пережила его смерть и примирилась со своей потерей. А этот человек был ей чужим. Она сожалела о том, что ему пришлось пережить, но вскоре она уже смогла оставить переживания в прошлом.
Огонь удалось остановить прежде, чем сгорел весь дом. Пострадало только западное крыло. Его перестроили еще с большим размахом, добавив несколько запасных лестниц.
Джоселин почувствовала, как Рейн обнял ее за талию, увлекая в спальню.
— А как же Александра? Она в любой момент может вернуться.
Алекса отправилась в гости к соседям в Тамаринд. Они отослали ее из дома подальше от страшных криков Читы. Бедняжке и так пришлось пережить немало.
— С ней все будет в порядке, — заверил Рейн. Он крепко поцеловал жену. — Идем.
Алекса наконец оправилась после своей собственной трагедии — смерти ее друга Питера Мелфорда, но на это ей потребовалось более двух лет. Смерть лорда Питера изменила ее, потому что она корила себя за его самоубийство, хотя в этом едва ли была ее вина. Он, правда, был в нее влюблен, но не больше, чем добрая половина лондонских повес.
То, что девушка так тяжело переживала случившееся, свидетельствовало в ее пользу.
— Идем, дорогая, — настаивал Рейн. — Вчера ты опустошила мое тело, сегодня моя очередь.
Он поцеловал ее ухо и нежно укусил за шею, вызвав дрожь в руке.
— Ладно, ладно, ты выиграл, — Джо обернулась и поцеловала его.
— Выиграл? Что же я выиграл?
— Право на месть за вчерашнюю ночь. Право на небольшую сладкую месть.
Он посмотрел на нее и улыбнулся.
— Я думаю, что самая сладкая месть — это счастье.
Джоселин улыбнулась в ответ.
— Это правда, дорогой. И никто не знает этого лучше меня.
И чтобы показать, какая она умная, Джоселин повела мужа в спальню.