Опасные страсти

Элисса заулыбалась:
— Спасибо вам за то, что привезли меня сюда. Что бы ни случилось, встреча с Питером того стоила.
Адриан улыбнулся в ответ, стараясь подавить зависть при виде кроткого нежного взгляда, который Элисса бросила через плечо вслед уходившему прочь светловолосому офицеру.
У него была просторная, вместительная палатка. На столе приятным желтым светом горела лампа. Он поднял дубовую крышку складной дорожной конторки, вынул пробку из чернильницы, взял перо и обмакнул его в чернила. Приступая к письму, он улыбался, ощущая удовлетворение, чувствуя азарт игрока, который задумывает следующий ход, разрабатывая наилучшую стратегию. Его замыслы не ограничивались шпионажем в пользу Франции. Главным были власть, могущество, его личная роль в успехе этой грандиозной кампании.
Вынув лист бумаги, он аккуратно положил его перед собой, крепче сжал в пальцах перо и принялся выводить буквы:
Эрцгерцог усиленным маршем движется к Вене. Семьдесят четыре тысячи солдат. Хиллер с остальными войсками прикрывает отступление и скорее всего пересечет Дунай у Кремса. Наиболее вероятное место слияния армий — Брюнн.
Он хотел добавить еще несколько слов, дать свои рекомендации, но удержался. Он подождет, пока не поступят новые сведения, а уж потом, возможно, выдвинет собственный план. Коротышка капрал, вне всяких сомнений, будет рассержен его дерзостью, но вряд ли станет упрямиться, получив хороший совет. Разве Бонапарт не последовал его предложению расколоть силы эрцгерцога у Ратисбонна? Ястребу будет очень лестно приложить руку к грядущей победе французов.
Закончив послание, он обмакнул в чернила эмблему на своем перстне и оттиснул ее на бумаге, потом сложил письмо и запечатал его воском. Завтра он прикажет отправить донесение, и верный человек повезет его на запад. Как обычно, агент будет ждать в кабаке где-нибудь по пути следования армии. Разумеется, на марше это делать сложнее, но чем больше риск, тем интереснее операция.
Он улыбался, предвкушая очередную великую победу, которая свершится с его помощью.
Адриан уже давно ушел, а солнце высоко поднялось над горизонтом, когда Элисса, наведя порядок в палатке, вновь поставила койки рядом на тот случай, если кому-нибудь вздумается заглянуть внутрь. Накануне вечером, как только они вернулись в свое жилье, Адриан раздвинул кровати, повернулся к Элиссе спиной, молча разделся, улегся на узкую постель и заснул.
Элисса разгладила складки на его постели, проводя ладонями по одеялам, все еще сохранявшим его запах — бренди, крахмала, шерсти, — легкий мужской аромат. Еще раньше она наблюдала за тем, как он бреется, следя за точными движениями его красивой руки. Под кремовой пеной кожа Адриана казалась темной, а губы чуть заметно кривились, когда лезвие огибало уголки рта.
Элисса помотала головой, пытаясь отвлечься. Ей следовало подумать о более важных вещах, чем несбыточные мечты и воспоминания об Адриане. Сегодня она наконец-то познакомится с Джозефом Бекером. Сегодня Адриан увидится с Бекером и решит, как лучше сблизиться с ним. А Элисса тем временем прогуляется с Питером и, может быть, займется стиркой. Вскоре им предстояло вновь отправиться в путь, и для хлопот не останется времени.
Как и вчера, Питер очень обрадовался встрече. Они вдвоем пообедали вяленым мясом и галетами, и Элисса с облегчением убедилась в том, что майор Берг был прав и раны Питера быстро заживают. Питер сказал, что он наводил справки о Бекере, но не узнал ничего полезного.
— Я была бы счастлива побыть с тобой дольше, — сказала Элисса, — но сомневаюсь, что твой командир одобрит это, к тому же меня ждут дела.
Питер рассмеялся:
— Мне трудно представить Элиссу Таубер в роли маркитантки. Наш папа, должно быть, переворачивается в гробу.
— Отец не задумываясь приехал бы сюда, чтобы раскрыть убийство Карла.
Питер помрачнел.
— В этом нет сомнений. Больше всего мне хотелось бы взять эту обязанность на себя.
— Ты делаешь все, что в твоих силах, как и все мы. — Элисса крепко обняла брата и, оставив его заниматься своими делами, вернулась в палатку.
Она уже выяснила, что каждое подразделение имело отдельную площадку для женщин, которые сопровождали солдат. В центре был отведен участок для кухни, вокруг — места для стирки и ремонта одежды. Туда-то и направлялась Элисса, уперев в бок корзину с грязным бельем.
В толпе безвкусно размалеванных неряшливых женщин, которые обычно вертелись вокруг кухонных костров, Элисса, к своему изумлению, увидела девушку на год или два младше ее самой. Та стирала одежду, а неподалеку в пыли возились двое детей. У девушки были огромные темные глаза, оливковая кожа, стройные ноги и высокая полная грудь. Ее черные, блестящие словно обсидиан волосы были подстрижены еще короче, чем у Элиссы, и ниспадали совершенно прямыми прядями, придавая хозяйке мальчишеский вид. Как ни странно, вместо того чтобы лишать ее женственности, прическа делала девушку самой привлекательной и пикантной среди окружавших ее представительниц слабого пола.
— Добрый день, — сказала девушка, удивляя Элиссу теплой приветливой улыбкой. У нее был низкий, чуть хрипловатый голос. Элисса подумала, что она, должно быть, цыганка. — Меня зовут Нина Петрало. Это мой младший брат Тибор, а это моя сестра Вада. Я еще не видела вас в лагере. Наверное, вы новенькая. — Она говорила по-немецки с сильным венгерским акцентом.
Элисса улыбнулась. Незатейливая прямота девушки пришлась ей по вкусу.
— Я Элисса. Рада познакомиться с вами. Я… я подруга полковника Кингсленда. Мы приехали сюда вчера вечером.
— А, да. Я слышала о происшествии с вашим полковником и турком. — Девушка рассмеялась низким грудным смехом. — Думаю, теперь вам нечего бояться солдат, которые бродят вокруг.
Элисса подумала об Адриане, стараясь не обращать внимания на теплое чувство, возникшее у нее в груди.
— Я за полковником как за каменной стеной. — И это была чистая правда. Чувство долга у Адриана было в избытке. К сожалению, за счет прочих чувств. — А вы? — спросила Элисса. — Вы… замужем за кем-нибудь из солдат? — Она не сомневалась, что у такой очаровательной женщины, как Нина, непременно должен быть защитник.
Нина покачала головой:
— Мой отец был другом генерала Кламмера. Его убили в схватке у Ратисбонна.
— Простите… — Элисса вознесла небесам молчаливую благодарность за то, что ее брат уцелел. — А ваша мать?
— Умерла несколько лет назад. В Вене живут наши родственники, которые готовы взять нас к себе. А пока мы путешествуем с армией под покровительством генерала.
Маленькая девочка дернула сестру за юбку. Нина наклонилась, и Вада, шепнув ей что-то на ухо, бросилась догонять брата. Они были такие же смуглые, как Нина, с такими же черными волосами и большими темными глазами. Красивые милые дети, которых осиротила война.
— Я и полковник тоже путешествуем с армией, — сообщила Элисса.
Нина улыбнулась.
— Теперь мы поедем вместе. — Она бросила взгляд на малышей. — Я должна идти. Они могут попасть в беду, если хорошенько не присматривать за ними.
— Мы еще встретимся, — с надеждой сказала Элисса девушке, которая уже успела понравиться ей.
— Я вас найду, — с присущей ей прямотой отозвалась Нина.
Элисса смотрела ей вслед, довольная знакомством со сверстницей, которая могла стать ей подругой на ближайшие дни. Нина ушла, и Элисса взялась за работу. Она наполнила ведро водой из протекавшего неподалеку ручья, потом выстирала белье на камнях — там, где стирали его другие женщины. Закончив, она переложила одежду в корзину и отправилась в палатку.
Она задержалась у границы лагеря, издали заметив высокую фигуру Адриана, вынырнувшего из генеральского шатра. Она смотрела, как он пересекает лагерь, шагая по своему обыкновению с целеустремленным изяществом и, вероятно, собираясь навестить лошадей. Из палатки за его спиной показался еще один человек.