В плену сомнений
Воган поспешно скидывал одежду.
— Сессия рано закончилась. И теперь я весь твой — до следующего года. — Его глаза горели. — Весь твой… и душой и телом. — Он схватил ее на руки и понес к кровати.
Много-много позже она лежала подле него, расслабленная и удовлетворенная, а Рис задумчиво перебирал ее рыжие кудри, рассыпавшиеся по подушке.
— Джулиана, — прошептал он.
— Да, дорогой?
Он провел рукой по гладкой, бархатистой коже.
— Ты знаешь, что прошло почти шесть лет с тех пор, как я вернулся в Уэльс?
— Знаю.
— Получается, что мы женаты уже двенадцать лет. — Рис приподнялся на локте и с нежностью посмотрел на жену. — Задумывалась ли ты когда-нибудь, что могло бы произойти, если бы почтовая карета в ту ночь не опоздала? И нам бы тогда удалось бежать?
Она накрыла его руку своей.
— У нас бы были лишние шесть лет. Иногда я ненавижу Дарси за то, что он отнял у нас эти годы.
— Я тоже. — Он переплел свои пальцы с ее пальчиками. — Но иной раз я думаю, не эти ли годы сделали наш брак таким крепким? Возможно, мы не заботились бы так друг о друге, если бы не суровые испытания, выпавшие нам на долю? Может быть, не будь мы разлучены на эти долгие шесть лет, мы не узнали бы, как сильно любим друг друга.
Она повернулась и взглянула в его серьезное лицо.
— Интересная мысль, любовь моя. Либо ты самый мудрый из известных мне людей… либо совершенно сумасшедший. Я предпочла бы прожить шесть лет с тобой и избавить нас от страданий.
Рис весело расхохотался.
— Знаешь, нет худа без добра. И Дарси все же успел сотворить свое добро, основав не одну, а несколько школ для валлийских детей. — Он опять посерьезнел. — Но в самом деле, не думаешь ли ты, любовь моя, что наш брак мог быть непрочным, будь мы тогда предоставлены самим себе? Мы ведь были так неопытны и могли наделать столько глупостей!
Джулиана пристально посмотрела на мужчину, которого любила больше жизни. Прав ли он? Было бы их супружество столь совершенным и счастливым, не отправься они тогда так безрассудно под венец? Не преодолей они так много препятствий, стремясь друг к другу?
Может быть. А может быть, и нет.
— Я думаю, дорогой, что время и место очень мало значат для нашей любви. Провели бы мы врозь один час или целую вечность, я знаю, что любила бы тебя всегда. Мы созданы друг для друга. По сравнению с этим шесть лет разлуки ничего не значат, не так ли?
Он улыбнулся и обнял ее.
— Да, любовь моя, — прошептал он. — Абсолютно ничего.