Группа «Нада»
Поскольку на комиссаре был бронежилет, его даже не ранило, а только контузило. Магазин "эрмы" опустел. Буэнвентура бросил карабин посредине салона и достал левой рукой свой пистолет-автомат.
– Смерть фараонам! – крикнул он в тот момент, когда Гоемон выстрелил в него из-за кресла и раздробил ему локоть.
Буэнвентура закричал и закружился на месте. Гоемон выстрелил еще раз и попал ему в грудь. Каталонец отлетел назад, наткнулся на окно и упал на спину. Он сунул в карман плаща правую руку.
Гоемон издал победоносный крик и бросился к террористу с кольтом "кобра" в руке.
– Да здравствует смерть! – сказал Буэнвентура, доставая из левого кармана отпиленный "шарлен", и разрядил оба ствола в лицо полицейского. От выстрела в упор голова Гоемона треснула, и в воздух, наподобие фейерверка, полетели мозги, кости и клочья волос, приклеиваясь к потолку, стенам и полу. Тело комиссара подпрыгнуло в воздухе и с шумом упало на спину посреди комнаты. Буэнвентура отбросил ружье и стал харкать кровью.
– Буэн, – сказал Треффэ, – ты ранен?
– Я подыхаю, – прошептал каталонец.
Треффэ яростно заерзал, дополз до тела комиссара и вывернул карманы его брюк. Он нашел ключи от наручников. Буэнвентура неподвижно лежал под окном с опущенным на грудь подбородком. Из его рта и носа тек красный ручеек, заливая белый свитер, охотничью куртку и плащ. Кровь из легкого пенилась, как разлитое пиво.
– В кармане куртки – магнитофонные пленки, – прохрипел раненый.
– Что ты сказал?
Каталонец не ответил. Треффэ освободился от наручников и подошел к своему другу, перешагнув через труп Гоемона. Он встал на колени перед Буэнвентурой. Он с минуту молча смотрел на него, потом умер.
– Прощай, дурачок, – сказал Треффэ, сотрясаясь от рыданий, перешедших в сильную рвоту.
Он открыл дверь в квартиру. На лестнице горел свет. Люди переговаривались на лестничных клетках о выстрелах, телефоне, полиции. Треффэ вернулся в квартиру, закрыл дверь на защелку и подошел к телефонному аппарату. Он набрал номер одного иностранного агентства печати, попросил к телефону знакомого журналиста. Тот подошел.
Через разбитое окно доносились сирены подъезжавших полицейских машин.
– Быстро записывайте, – сказал Треффэ, глядя на трупы. – Я расскажу вам подлинную историю группы "Нада"...