Певица Перна

В зале наступила тишина, которую только подчеркнул тихий вздох изумления, вырвавшийся у Пьемура. Сибел и Тальмор вышли из-за стола и, прошагав по проходу, остановились у очага. Менолли с недоумением глядела то на застенчиво улыбающегося Сибела, то на ухмыляющегося во весь рот Тальмора.
Она никак не могла понять, что означает их присутствие, хотя и слышала радостный возглас Аудивы, видела недоверчивое выражение на лицах Тимини и Бриалы. Девочка оторопело огляделась и заметила, что мастер Робинтон, кивая и ободрительно улыбаясь, делает ей знак встать. Но только когда Пьемур лягнул ее под столом, она наконец сумела сбросить с себя оцепенение.
– Менолли, тебе пришла пора сменить стол, – громко прошептал Пьемур, – встань и иди. Теперь ты – подмастерье. Тебя произвели в подмастерья! – Менолли – подмастерье! Менолли – подмастерье! – подхватили школяры, в такт хлопая в ладоши. Менолли – подмастерье! Иди же, Менолли, иди! Иди, Менолли, иди!
Сибел с Тальмором взяли ее под руки и подняли с места.
– Никогда не встречал подмастерья, который бы так сопротивлялся небольшой прогулке, – шепнул Тальмор Сибелу.
– Боюсь, нам придется ее нести, – тихонько ответил Сибел. – Похоже, у нее ноги не идут.
– Я сама, – отстраняя их руки, произнесла Менолли. – У меня даже ботинки как у настоящего арфиста. Теперь я везде пройду!
Ее покинули последние остатки тревоги. Она – подмастерье, и этого звания достаточно, чтобы больше никого не бояться, чтобы ни от кого не убегать и не прятаться. Она заняла свое место, нашла свое единственное и неповторимое дело. Какой долгий путь она прошла за эти семь дней… Долгий, долгий путь мой – он привел меня домой! – слова сами складывались в песню, но о ней она подумает позже. Высоко подняв голову, Менолли, в сопровождении Сибела и Тальмора, прошла к овальному столу – знаку ее нового положения в Главном Цехе арфистов Перна, который стал ей родным домом. И влетевшие в окна файры звонкими радостными трелями поведали всем о ее счастье.