Дэймия

* * *
С точки зрения межзвездных расстояний визитеры продвигались необыкновенно быстро. Такая скорость наводила на мысль о высокоразвитой технологической цивилизации. Уже через неделю, к вечеру, Дэймия вернулась из очередной разведки, буквально распираемая новостями. Прямо из капсулы она телепортировалась в гостиную, где Афра развлекал куни.
– Я установила индивидуальный контакт! – выкрикнула она. – А какое сознание! – Она была слишком взволнована, чтобы заметить огонек недоброго предчувствия, промелькнувший в глазах у Афры. Но он сказал сам себе, что Дэймия, как обычно, ударилась в мелодраматизм. – А как он удивился! – продолжила она.
Афра понял, как только с её губ слетели первые слова, что сознание было мужским.
– Неужели? – Он придал своему голосу оттенок заинтересованности. – Талант ранга Прайм?
– Я не могу оценить его способности. Он совершенно… другой! – воскликнула она. Её глаза сверкали, а ментальная аура прямо-таки искрилась от достигнутого успеха. – Он как бы исчезает, тает, а потом снова появляется. Расстояние конечно же всё ещё огромное, и в мыслях нет большой определенности. Мы можем общаться пока только с помощью абстракций. – Она устало рассмеялась. – Как советуют ученые, я начала с периодической таблицы элементов и основных атомных структур, чтобы установить хотя бы минимальный уровень взаимного общения.
– Я уверен в том, что межгалактическое судно использует гораздо более мощный источник энергии, чем ядерное топливо.
– Само собой, ведь он перемещается на такие расстояния! – Дэймия упала на кушетку, отбросила волосы, а потом дала своей руке безвольно рухнуть на подушки. – Я не могу на этом этапе взаимоотношений беспокоиться о подобных мелочах.
– Мелочах?
– Ох, не поднимай шум, Афра, – раздраженно бросила она. – Принимая во внимание постулаты наших экспертов по космическим полетам, мы можем заключить, что они должны иметь в своем распоряжении либо какой-то очень эффективный вид топлива, либо знать принципиально новый способ перемещения в пространстве. Сейчас я рада хотя бы тому, что могу передавать ему понятные нам обоим абстрактные понятия. Я совершенно измучена. Я не чувствовала себя такой истощенной с тех пор, как мы с Лараком играли вдвоем против всех своих кузенов в доджбол. Я, наверное, немного вздремну, прежде чем установлю контакт с отцом.
– Ксексо всё ещё латает несчастный генератор.
Дэймия нахмурилась, а затем пожала плечами, как бы отбрасывая от себя эту проблему.
– Тем больше у меня шансов похрапеть часок-другой.
– Ты не храпишь, – твердо заявил Афра, бросая на неё шутливо-суровый взгляд.
Она смогла только улыбнуться его преданному отрицанию.
Афра подождал, пока она не расслабится во сне. Отбрасывая в сторону всякую этику, он попытался извлечь из её сознания опыт общения с чужеземцем и погрузился ниже эмоционального уровня, но и там его тут же захлестнула волна субъективных суждений. Дэймия пережила сильное эмоциональное потрясение! Он признал: у неё есть все права гордиться тем, что она установила хотя бы какой-то контакт с чуждым сознанием, но, с другой стороны, он уже давно так не боялся за неё. Страх этот был сильнее, чем он когда-либо испытывал в своей жизни сам или ощущал у других.
Обеспокоенный Афра удалился из её сознания. К нему подползли Криспи и Мерфи, которые слегка подвывали, как будто тоже чуяли какую-то опасность.
Поглаживая кошек, ему удалось приглушить свои мрачные предчувствия.
Он не стал её будить и, когда она проснулась сама, почувствовал гордость за её спокойное и сбалансированное сознание. Когда Дэймия связалась с Джеффом, она снова была настоящей Прайм, подающей обдуманный и профессиональный рапорт о контакте. В её мыслях не было даже следа того волнения, которое Афра обнаружил в ней чуть раньше. Когда она закончила телепатическую передачу, Джефф обратился к Афре так, чтобы дочь не слышала, но Афра мог только подтвердить сообщение Дэймии. Он не видел причин говорить о своих неопределенных страхах, но упомянул об излишне тяжелых беспилотниках. Джефф уже получил официальный протест от Дэвида с Бетельгейзе, и ФТиТ в свою очередь собиралась направить протест отделению Федеральной горнорудной компании на Возничем.
На следующий день Дэймия быстро расправилась с несколькими пассажирскими транспортами и снова отправилась на разведку. Афра сдержал в себе мрачные предчувствия. И после второго сеанса связи она вернулась такой сияющей, что он опять был вынужден ледяной рукой зажать все свои ментальные реакции.
Девушка, кружась, влетела в гостиную и упала на кушетку. Её глаза горели. На пылающее лицо упала длинная прядь волос, наполовину черная, наполовину седая.
– Мы добились большого прогресса в концептуализации.
– Какого рода? – спросил Афра с вежливой заинтересованностью в голосе.
Но она настолько была поглощена своими достижениями, что не среагировала на его иронический тон.
– Покончив с простыми атомными весами, мы… – это местоимение, само по себе безобидное, заставило Афру вздрогнуть, – перешли к солнечным системам. В его системе двенадцать планет и два астероидных пояса.
– Какого рода планеты населяют существа его вида?
Дэймия бросила на него быстрый взгляд, а затем натянуто рассмеялась:
– Это странно. Мы не говорили об этом.
– А как ты ответила на его вопрос о Возничем?
Она ещё больше насторожилась, а в глазах её промелькнула усталость.
Потом она вызывающе улыбнулась:
– Я ответила так же, как и он. Ничего не раскрывая, дорогой Афа, – использование девушкой детского обращения подчеркнуло её дерзость, – ничего, кроме количества планет, спутников и тому подобного. Я не дурочка!
– Она села и откинула волосы назад.
– Ты никогда не была дурочкой, Дэймия, – холодно возразил Афра. – И я не собираюсь внушать тебе прописные истины… Сегодня я приготовил обед.
– Правда? – Она с видимым облегчением ухватилась за предложенную тему.
– Ты лучший повар из всех мужчин, которых я знаю.
Афра решил, что она искупила своё «Афа» этой непрошеной похвалой.
Возможно, однажды они предстанут друг перед другом как двое взрослых людей… Он безжалостно подавил чувства, которые ощущал как мужчина, и установил на их место отеческие. И начал собирать на стол долгожданную еду.
На следующее утро Дэймия работала в Башне настолько торопливо, что Афра был вынужден сделать ей замечание. Она весело исправилась, дав какой-то слишком уж пренебрежительный ответ. А затем с нетерпением отправилась на своё очередное рандеву. И когда вечером девушка вернулась настолько усталой, что еле-еле вошла в комнату, Афра решил взять инициативу в свои руки.
– Я отправляюсь завтра с тобой, Дэймия, – твердо объявил он.
– Зачем? – бросила, она на него взгляд с кушетки. – Я отлично помню то ощущение «пзззт!», которое исходило от жуков. И я не уловила ничего подобного у Содана.
– Содана?
Дэймия покраснела, услышав, как дрогнул его голос, но не отвела от собеседника глаз.
– Так он сам называет себя. Более того, я передала ему концепцию других разумных форм жизни, и он отрицал, что знает хотя бы одну из них.
Афра решил не спорить с этим.
– Что ты имеешь в виду, говоря про ощущение «пзззт!», которое исходило от жуков? Вторжение на Денеб произошло ещё до твоего зачатия.
Дэймия встала с кушетки и подошла к столу, который Афра накрывал к обеду. Сев на табурет, она небрежно пожала плечами:
– Когда мы исследовали окрестности бабушкиной усадьбы, мы часто находили осколки металлических конструкций жуков. Дядя Родри платил нам за них по весу. – Она поддразнивающе улыбнулась Афре. – Это было существенным дополнением к тем скудным карманным деньгам, которые мы получали от Истии.
Ларак и я – мы решили, что в кусках этого металла есть как бы жало, а потом там был ещё слышен звук… – Она послюнила кончик пальца и провела им по столу, издав нечто похожее на «пзззт!». – Ничего подобного в Содане я не ощущаю, – закончила она весьма уверенным тоном.