Полосатый катафалк

— Почему вы решили закопать его на задворках дома Изобел?
— Так было безопаснее. Я знала, что там никого нет. — В ее взгляде, в ее лице было желание найти смысл случившегося. — Все осталось в семье.
— Вы пытались бросить тень подозрения на Изобел?
— Может быть. Я не всегда понимаю, почему совершаю тот или иной поступок. Особенно ночью. Меня подмывает сделать что-то, и я делаю.
— Потому-то на вас и было отцовское пальто в ночь, когда вы убили Долли?
— Оно оказалось в машине, а я замерзла. — Похоже, от воспоминаний ей стало холодно. — Я не хотела, чтобы заподозрили отца. Я его любила. А он меня не любил.
— Он любил вас до смерти. В прямом и переносном смысле.
Она покачала головой и задрожала еще сильнее. Я обнял ее за плечи и повел к выходу. Дверь открылась на красный закат. На его фоне нищенка казалась обугленной головешкой.
— Что будет теперь? — сказала Гарриет, опустив голову.
— Все зависит от того, готовы ли вы вернуться добровольно. Если да, то можем улететь вместе.
— Пожалуй.
Нищенка протянула к нам руки. Я опять дал ей денег. Мне нечего было дать Гарриет. Мы вышли на улицу и побрели по дороге, напоминавшей пересохшую речушку.