Послушаем за Глухого

Преступницу звали Флоренс Берроуз.
* * *
Во время последней встречи Флоренс заявила, что не встречала в своей жизни человека, которому могла бы доверять, и потому не требует от остальных доверия к себе. Флоренс осталась верна своим принципам и сразу же выложила детективам все, что ей было известно. «Его зовут Тобмен. Мы встречались в номере 604 отеля „Ремингтон“. Раньше я его не знала и поэтому больше ничего не могу о нем рассказать», – поведала она.
Но в этот раз полиция крепко зацепила Глухого.
Конечно, они не надеялись обнаружить его в номере отеля «Ремингтон», хотя и заглянули туда. Но теперь у полиции было его имя! И детективы с оптимизмом приступили к проверке всех телефонных справочников города. Выяснилось, что Тобменов в городе не так уж много. Полицейские были полны решимости проверить всех подряд – даже если на это уйдет уйма времени. Однако розыск вообще не понадобился. Детектив Шмидт позвонил Карелле в участок в момент, когда практически все детективы восемьдесят седьмого проверяли оставшиеся тома телефонных справочников, дополняя список адресами новых Тобменов.
– Эй, ну что ты скажешь по этому поводу? – спросил он Кареллу. – Ведь этот сукин сын действительно произвел нападение ровно в одиннадцать!
– Да.
– Насколько я понимаю, ему удалось уйти?
– Да, но у нас есть зацепка.
– Да? Какая?
– Его фамилия.
– Прекрасно! За ним что-нибудь числится в нашей картотеке?
– Как раз это мы сейчас и выясняем.
– Хорошо, хорошо. И много таких фамилий?
– В справочнике Айсолы всего одиннадцать. Пятеро в Калмз-Пойнте. Сейчас составляем списки по другим районам.
– А как хоть фамилия?
– Тобмен.
– Как ты сказал? Тобмен?
– Да, – Карелла услышал в трубке, как захохотал Шмидт.
– Что ты смеешься? – спросил Карелла.
– Ты, кажется, говорил, что этот парень глухой?
– Да, по-моему, это так и есть. А что?
– А то... – Шмидт хохотал, не переставая. – Я думаю, ты и сам догадываешься... а может, еще нет...
– О чем, ну? – занервничал Карелла.
– Попробуй прочесть эту фамилию по-немецки. Получится Таубман.
– Ну и что?
– А это значит «глухой». «Der taube Mann» – по-немецки – глухой.
В памяти Кареллы сразу возникли испанское и итальянское прозвища Глухого.
– Понятно, – упавшим голосом сказал он.
– М-да, вот так.
– Спасибо.
– Не за что, – отозвался Шмидт и положил трубку.
Карелла тоже положил трубку. Ему вдруг подумалось, что, наверное, пора менять место службы. Например, в пожарной охране он был бы просто незаменим.