Королева

Мой отец залил ступени трона кровью, так охотно он убивал всякого, кто подступал к нему слишком близко, — а мне нельзя покончить с тем, кто готовил мою смерть?
Нет.
Потому что теперь парламент потребовал новую жертву, потребовал голову Марии, «этого дракона-скорпиона, который зажалит вас до смерти». Истинная правда, но этого я сделать не могла.
Она жаждала моей смерти, я же сражалась и за ее жизнь.
Я должна была сражаться, должна была взяться за меч.
Потерять свою любовь.
Стать королевой-воительницей.
 
ПОСЛЕСЛОВИЕ К МОЕЙ ТРЕТЬЕЙ КНИГЕ
Только это.
Прощай, Робин.
Adieu, любовь моя.
Здравствуй, верный друг, испытанный воитель за мое дело в войне, которая надвигалась на нас, вырастая из облака едва ли с ладонь в грозовую тучу, которая накрыла весь мир. Ни разу он не выдал меня ни словом, ни жестом, ни на людях, ни наедине, всегда был радостно-почтителен, как прежде.
И ни разу не упрекнул меня за тот день, когда я принадлежала ему и все же не ему — когда взяла, но не отдала, или отдала, но не согласилась взять.
Никогда ни он, ни я об этом не говорили.
Мы никогда больше не целовались, не любезничали, не переглядывались, не выказывали любовь губами, руками, речами или игрой на лютне — никогда не играли на девственных вирджиналах или на страстных мандолинах.
Я знаю, что осталась царить в его сердце. Но с этого дня я утратила право в его сердце читать.
А мир потемнел и рушился. Ледяные военные ветры прогнали сладкую весну нашей любви. Я глядела в зеркало с растущим неудовольствием, зубы ныли почти беспрестанно.
Лань, что со львом спозналась, от любви погибнет.
Прощай, любовь.
ЗДЕСЬ КОНЧАЕТСЯ ТРЕТЬЯ КНИГА МОЕЙ ИСТОРИИ