Грешный ангел

Артур краешком глаза взглянул на брата, и сердце его сжалось. Он постоянно удивлялся, как сильно Алекс ее любит. Как это он выразился? «Она воплощает для меня все изящество мира».
Малыш вырывался из рук Лорен, и она передала его няне, которая тут же понесла ребенка к колыбели. Лорен еще немного постояла на лужайке, болтая с детишками, которые, судя по всему, ее обожали. Когда она медленно возвращалась к террасе, Артур хмыкнул.
— В чем дело? — спросил Алекс.
— Возможно, ты удивишься, но я вдруг подумал, — ответил Артур, бросив на брата озорной взгляд. — Подумал, что готов поспорить о том, что она сейчас скажет.
— Скажет?
— Держу пари, — снова хмыкнул Артур, — это будет цитата. — Алекс взглянул на брата как на помешанного. — Ну, Алекс, не станешь же ты отрицать, что у твоей жены слабость к поговоркам и цитатам, особенно если она только что прочла очередную книгу?
— Это часть ее огромного и неизмеримого очарования, — весело отозвался Алекс.
— Тем не менее поторопись с ответом — она сейчас подойдет к нам. Ставлю золотой соверен в пользу моего чудесного племянника, что она произнесет цитату!
— И еще один — если не произнесет, — откликнулся Алекс.
— Само собой, — сказал Артур, подмигивая. Алекс вскочил и встретил жену на верхней ступеньке террасы.
— Я вижу, мой сын-озорник не в настроении? — спросил он, беря ее за руку.
Лорен со вздохом кивнула:
— Боюсь, что так. «Из всех животных мальчик — самое неуправляемое существо», как известно.
— Вот Платон! — торжествующе воскликнул Артур, хлопнув ладонью по подлокотнику кресла с такой силой, что Лорен вздрогнула.
— Что такое? — спросила она у Алекса.
Тот, ухмыляясь, обхватил руками ее лицо.
— Лорен ангел мой! — Он улыбнулся, касаясь ртом ее рта. — Замолчите!
И, не обращая внимания на довольно бестактные одобрительные возгласы Артура, впился губами в губы своей любимой, питающей слабость к цитатам жены.