Соляная фигура
Не стану рассказывать, как был совершен обряд крещения. Знайте только, что, когда на статую попала святая вода, соль постепенно растаяла и глазам отшельника предстала женщина, старая как мир, закутанная в отвратительные лохмотья, пепельно-бледная, слабая и дрожащая, вобравшая в себя столь много веков. Монах, которому случалось без страха лицезреть дьявола, на этот раз испугался. В женщине возродится весь грешный люд. Ее глаза видели, как Божий гнев низвергал на грешные города горящую серу; эти лохмотья когда-то были тканями, сотканными из шерсти верблюдов Лота; эти ноги попирали пепел Вечного пожара!
Женщина заговорила с монахом на древнем языке.
Она ничего не помнила. Вид моря пробудил в ней лишь смутную картину пожара. Душа ее была в смятении. Она долго спала, спала черным могильным сном. Она страдала, сама не зная почему, от многовекового кошмара. Теперь монах освободил ее. Она это понимала. И это была единственная ясная мысль в ее пробудившемся сознании. А море… пожар… катастрофа… пылающие города… Все это таяло в ясном видении смерти. Она должна была умереть. Теперь она спасена. Ее спас монах!
Созистрата била дрожь. Глаза его горели ярким пламенем. Прошлое растворилось в нем, как будто огненный ветер опустошил его душу. И только одна мысль сверлила его мозг: перед ним жена Лота! Солнце клонилось к вершинам гор. Горизонт пылал пурпуром. В этом пламени оживала древняя трагедия. Как будто возродилась Божья кара, огонь пожара снова отражался в горьких водах озера. Созистрат возвратился через много веков в прошлое. Он вспоминал. Он был участником катастрофы. И эта женщина… эта женщина была ему знакома!
Тогда в душе его загорелось страстное желание. И он заговорил, обращаясь к воскресшему призраку:
— Женщина, ответь мне только на один вопрос.
— Говори… Спрашивай…
— Ты ответишь мне?
— Да. Говори. Ты меня спас!
Глаза отшельника сверкнули, словно вобрали в себя весь огонь, полыхавший над горами.
— Женщина, скажи, что ты увидела, когда обернулась?
Испуганным голосом она ответила:
— О нет!.. Ради Бога Единого, не пытайся узнать это!
— Скажи, что ты увидела?!
— Нет… нет… Это все равно что броситься в бездну!
— Я хочу в бездну.
— Это смерть…
— Скажи, что ты увидела!
— Не могу… не хочу!
— Я тебя спас.
— Нет… нет… Солнце зашло.
— Говори!
Женщина приблизилась к монаху. Голос ее звучал словно из-под слоя пыли, угасал, темнел, умирал.
— Во имя праха твоих родителей!..
— Говори!
Тогда призрак приблизил губы к уху отшельника и произнес одно слово. И Созистрат, будто сраженный молнией, не издав ни единого звука, рухнул замертво.
Помолимся Господу за упокой его души.