Раз, два, три, четыре, пять...
– Таких давно не осталось!
– Остались, – улыбнулась Аэлита. – Просто сейчас, в эпоху межзвёздных полётов, когда десятки рас взаимодействуют на сотнях планет, ген охотника становится вреден для своего носителя. Люди с таким мировозрением не умеют находить общий язык с инопланетянами, для них любой «чужой» – всегда инстиктивно воспринимается животным, а животные в их глазах – не больше чем еда.
Грифоница подняла мощную лапу и выпустила когти.
– У нас, у пардов и драконов, ярров и зоран – проще говоря, у настоящих хищников, ген охотника всегда сдерживается механизмами торможения. Это природный способ защиты популяции, у хищников внутривидовая дисциплина на высоте. У вас, потомков всеядных обезъян, внутривидовой дисциплины нет вообще, и только с развитием цивилизации ей на смену постепенно пришёл институт этики и морали.
Улыбнувшись, Аэлита коснулась своей груди:
– Проще говоря то, что вы называете этикой, заложено у хищников в сердце. А людей приходится обучать...
– И лечить? – мрачно спросил Битти.
– Да, и лечить тоже, – кивнула грифоница. – Например, тебя. Твой уровень агрессии соответствует типичному охотнику, ты можешь стать весьма опасным, если не научишься себя контролировать.
Менахэм стиснул кулаки.
– Я подписал этот проклятый контракт, только чтобы вас уничто... – он запнулся.
– Уничтожить, – кивнула Аэлита. – Не подать в суд, а уничтожить. Ты желал мне смерти, помнишь? Когда я проводила первый тест в офисе.
Битти попятился.
– Я только подумал это...
– У нас хорошая техника, – усмехнулась грифоница. – На острове тебя грызло желание перебить устроителей охоты, а после убийства Кш'арра ты уже был готов их застрелить. И между прочим, согласно рисунку твоих биоритмов – ты действительно застрелил бы их, ощущая при этом свирепую радость от свершившегося возмездия...
– Я хотел помешать охоте!
– Верно, помешать, – серьёзно ответила Аэлита. – Перебив всех охотников.
Она отвернулась от умолкшего человека и подошла к дверям.
– Убийство всегда преступление, – не повернув головы, сказала грифоница. – Всегда. Ты поймёшь это после курса лечения.
Белая дверь закрылась. Мэнахем Битти медленно сел на кровать.
– Принесли его домой, оказался он живой... – пробормотал он машинально. И фыркнул, вспомнив о синей драконочке на острове.
Конец
Дракия – http://www.drakia.com/