Русское стаккато — британской матери
Бабка на нежданные доходы купила в ГУМе деду новый костюм и перевесила на него ордена и медали, чтобы на следующий День Победы муж смотрелся минимум как директор лекарственной фабрики, а не рядовой электрик.
А накануне Девятого мая, как раз шестого числа, дед вдруг исчез. Также пропал трофейный аккордеон и новый, тяжелый от наград, костюм.
Оказывается, целый год дед через ветеранское общество договаривался о поездке в ФРГ, мол, по боевым местам полный кавалер орденов Славы едет, отдал за билеты все семейные деньги и покинул Родину, не поставив в известность ни родственников, ни товарищей своих.
* * *Ехал поездом четверо суток, через несколько границ перебирался, пока наконец не прибыл в Западный Берлин, где на перроне его встретил пожилой переводчик Ганс, как утверждали в ветеранском обществе, убежденный социалист.
Пять дней искали по жаре тот дом… Похоже было, что еще немного, и Ганса хватит сердечный приступ. Дед же держался стоически, таская на плече тяжелый аккордеон. Пару раз сунулись не туда, а потом, вечером, уже собираясь возвращаться в гостиницу, дед вдруг узнал дом доподлинно.
Входил в него дед, надев на плечи аккордеон.
Их встретила удивленная семья пожилых людей.
— Вы давно здесь живете? — перевел вопрос деда Ганс и получил ответ, что это — фамильное гнездо рода фон Зоненштралей, чьими прямыми потомками являются хозяева дома…
Дед видел, какими глазами смотрит на аккордеон немец, и окончательно уверился, что явился точно по адресу.
Их пустили внутрь, предложили сесть и выпить кофе. Хозяин дома продолжал пожирать глазами инструмент с перламутровыми клавишами, а дед сидел, поглаживая грубой рукой гербы и наклейки на фасаде аккордеона.
Ганс выпил кофе и отдышался. Пауза растянулась до странности, пока не задала вопрос немка:
— Пообедаете?
— Время ужинать, — уточнил дед.
Ганс перевел как «спасибо, нет»…
— Что привело вас сюда? — наконец решил выразить интерес хозяин дома.
— Был я здесь в сорок пятом, — начал дед и удостоился кивка. — Я был русский солдат… — продолжил.
— Я-я, — подбодрил немец.
Дед глубоко вздохнул, так что брякнули медали.
— Возможно, в этом доме я убил человека…
Немец слушал переводчика и в этом месте перестал даже моргать.
— Война, понимаете ли… Может быть, я вашего отца застрелил?
На этом месте хозяин дома поднялся из кресла и вышел из гостиной.
— Он сейчас вернется, — пообещала хозяйка, но прошло минут десять, прежде чем немец появился вновь.