Ковчег детей, или Невероятная одиссея
На встречу «детского поезда» Райли Аллен прихватил почти всю команду Красного Креста. Час прибытия не был точно известен. И каждый из встречающих, коротая время, занимался чем придется.
Ханна Кемпбелл взяла с собой на вокзал трехлетнего Даффа. Ее муж с дочерью остались на острове, где к прибытию колонистов готовился горячий ужин.
Райли старался развлечь мальчика. Согнувшись и попеременно двигая локтями, он изображал паровоз. И при этом громко пыхтел. Правдоподобность картины дополняли клубы дымы, которые он с помощью большущей сигары выпускал изо рта и ноздрей.
Он был неистощим на выдумки и проделывал все новые трюки, чем приводил малыша в восторг. Дафф захлебывался от смеха. Кажется, эта забава доставляла немалое удовольствие и окружающим.
— Мистер Аллен, — сказала, смеясь, Ханна, — если бы я не знала, что вы холостяк, то решила бы — у этого папаши немало детей.
— О, вы даже не подозреваете, миссис Кемпбелл, как вы недалеки от истины. У меня и в самом деле много детей.
— Простите, но ведь вы мне говорили…
— Да, говорил. Но это было еще несколько дней тому назад. А сегодня… Вскоре вы убедитесь, что я весьма плодовитый отец. Детей столько, что я и сам точно не представляю, сколько именно. Триста, четыреста, а может, и того больше!..
Поезд появился из-за поворота, шипя паром и громыхая колесами.
— Я уже видел этот поезд, — убежденно сказал Райли.
— Каким образом? Где? Когда вы могли его видеть? — Миссис Кемпбелл недоверчиво повернулась к Аллену. Этот человек не переставал удивлять ее сегодня.
— Я видел этот поезд во сне. Этот самый. Хотите — верьте, хотите — нет!..
Он сам был потрясен буквальным совпадением реальности и сновидения.
— Вы верите в сны?
— Вот сейчас начинаю верить… Если только это не продолжение сна.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
ОСТРОВИТЯНЕ
Паровоз с облегчением выпустил остатки перегретого пара. Он пытался отдышаться, словно марафонец, оставивший позади длинную и очень трудную дистанцию.
Дети же, напротив, после долгой дороги нуждались в движении. Два месяца провели они в четырех стенах. Правда, это были стены вагонов, которые не стояли на месте. Но все равно девчонки и мальчишки чувствовали себя в заточении.
Остановки, которые поезд делал в пути, были редкими и небезопасными. Так что дети не могли погулять вволю, уходить далеко от состава.
И вот Транссибирская магистраль пройдена. Даже не верится! Они проехали всю Россию из конца в конец. От Балтийского до Японского моря. И не по учебнику географии убедились, как велика их страна. А еще побывали в Китае.
Уже через час после прибытия во Владивосток колонисты садились на баржу, идущую к острову Русский…
Райли Аллен поставил перед собой задачу сделать остров Русский островом благополучия в море нищеты. Дети, которых погнал в такую дальнюю дорогу голод, больше не будут испытывать этого мучительного чувства. Их быт, насколько это возможно, будет на высоте, а жизнь — в безопасности.
А военно-морская крепость, выполняя свое главное предназначение, защитит колонию от внешней угрозы. Попасть на остров чужаку будет не так просто.
Одно плохо. У Красного Креста не хватало времени, чтобы подготовить казармы к приезду детей. Только в одной из них застеклены окна. Есть и другая проблема. Из Портленда вышло судно, на борту которого несколько тысяч комплектов белья — простыни, полотенца, подушки и одеяла, матрасы… Но судно покинуло Портленд с опозданием и все еще находится в пути, где-то в самой середине Тихого океана.
Из дневника Евгении Мендельсон:
— Итак, мы на краю России. Раньше на этом острове находился военный гарнизон. И, кроме нескольких казарм, других построек не видно. Правда, подальше, совсем в стороне, стоит еще одно здание. Нам сказали, что там разместится госпиталь.
Наша группа заняла одну из казарм. Мы поселились в двух огромных комнатах. Из мебели только длинные дощатые столы и голые топчаны вдоль стен.
Весь день наша казарма была похожа на суетливый муравейник. Все были возбуждены. И только поздно вечером угомонились. Я и не заметила, как уснула.
А ночью нас разбудил ветер. В окнах не было ни единого стекла. И нам показалось, что мы находимся не под крышей, а на улице. Ветер усиливался. Было очень неуютно и даже страшно. Воспитатели принесли молотки и гвозди. И все мы стали прибивать одеяла к окнам. Хорошо, что одеял было много. Но и окон тоже. Пришли мальчишки нам помогать. А ветер стал еще сильнее. Одеяла раздувались как паруса и срывались с гвоздей.
В конце концов мы устали от этой борьбы и побросали молотки. Пусть будет, как будет!
Мы снова улеглись на свои топчаны и закутались поплотнее. Старались уснуть, но ветер и шум моря очень мешали. Вот так прошла наша первая ночь на новом месте.
А ведь накануне, когда нас высадили на остров, было так тихо. Стояла чудесная погода. И за какие-то часы все переменилось.
Утром мы побежали смотреть на море. Прибой был таким яростным, что не удавалось близко подойти к берегу. Нам сказали, что приближается тайфун. И вслед за ветром будет сильный дождь.
Так оно и случилось. Непогода длилась два дня. Но тайфун промчался, и море успокоилось. А прибой снова стал ласковым.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
БАРЛ БРЕМХОЛЛ
Через три дня прибыл следующий поезд с детьми. Аллен поручил его встретить Барлу Бремхоллу, своему помощнику.
Это был новый человек в команде Райли Аллена. Он быстро стал заметной фигурой в колонии. Не только из-за деловых качеств, но и благодаря своему двухметровому росту.
До прибытия в Россию Бремхолл работал в одном из банков Сиэтла, являясь и там из-за своей внушительной внешности достопримечательностью. Новые клиенты не без трепета смотрели на громадного молодого служащего, принимая его за охранника. И немало дивились, когда гигант любезно приглашал их к столу, чтобы предложить чашку кофе и заодно объяснить, почему в этом банке они получат кредит на самых выгодных условиях и почему именно здесь следует хранить свои сбережения.
Но такой поворот дела нисколько не разочаровывал клиентов. Напротив, теперь они еще больше верили в сохранность своих денег. Атлетическая фигура Бремхолла в сочетании с его обходительностью внушала доверие и казалась надежнее любого сейфа.
У молодого служащего были хорошие перспективы для успешной банковской карьеры. И вдруг — заявление об уходе. Для друзей и сослуживцев двадцатишестилетнего Барла его решение отправиться вместе с группой волонтеров Красного Креста в Россию было полной неожиданностью.
А дальше все шло по уже знакомому нам сценарию.
Если в Гонолулу Райли Аллена от решения ехать в далекую Россию отговаривал директор издательского дома, то в Сиэтле с Барлом Бремхоллом вел трудный разговор президент банка.
В обоих случаях звучали те же слова и доводы: «Зачем ломать карьеру? Зачем рисковать жизнью? Почему Россия, где сейчас опаснее всего? Разве мало на этой земле других стран и романтических мест, где мужчина может бросить вызов судьбе и испытать свой характер?»
Райли Аллен и Барл Бремхолл жили в тысячах миль друг от друга, но отвечали одинаково, будто сговорившись: «Я уверен, что сегодня в России, этой самой большой стране, происходят и события исключительно большие. Я хочу это видеть. Я хочу быть внутри этих событий. Но не только как наблюдатель».
И вот случай или судьба свели этих двух молодых людей.
…Первой из двери вагона показалась маленькая девочка с большим глобусом в руках. Бремхолл шагнул ей навстречу, чтобы помочь спуститься на перрон. Но Лена Александрова — это, конечно, была она — решительно отказалась от поддержки. Правда, глобус она все же доверила Бремхоллу.
— Ты храбрая девочка, — сказал он. — Давай знакомиться.
— Меня зовут Лена.
— А я — Барл.