Робин Гуд

 
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ
СНОВА В ШЕРВУДСКОМ ЛЕСУ
Снова Шервудский лес. Стрелки собрались на той самой просеке, где познакомился с ними Альрик. Маленький Джон и толстяк Тук, по обыкновению поддразнивающие друг друга, Вилль Рыжий, Нэд Локсли, Элен-э-Дэл – все здесь налицо.
У большого костра женщины занимались стряпней, за ними надзирал Тук, уже выкативший на просеку несколько бочек с элем. Стрелки расставляли длинные столы.
Робин Гуд то и дело посматривал на солнце.
– Пора бы уже им быть здесь, – обратился он к Маленькому Джону. – Кажется, они опаздывают.
Из леса донеслись мелодичные звуки рога.
– Это он! – воскликнул Робин. – Я сам научил его этому сигналу.
Через несколько минут на просеке показались всадники. Впереди ехал Альрик, надевший в честь Робин Гуда зеленую куртку стрелков. Голову его покрывала малиновая шапочка, украшенная павлиньим пером; на шелковом шнуре висел серебряный рог. На спутниках Альрика – сэре Реджинальде, де Биго, Зароке и Стифене – также были зеленые куртки. Человек шесть легко вооруженных солдат ехали сзади.
Стифен получил от Робина обещанную награду, что дало ему возможность осуществить давнишнюю мечту: вместе со своей женой Хильдой он открыл харчевню и теперь жил припеваючи, твердо надеясь, что до конца жизни ему не придется брать в руки оружия.
Альрик соскочил с седла и бросился на шею Робина. Потом Маленький Джон смял его в своих железных объятиях.
– Здравствуйте, здравствуйте, друзья! – говорил толстяк Тук, пожимая руки гостям. – А мы боялись, как бы вы не опоздали к обеду.
Все уселись за длинные столы и отдали честь сытному обеду, а затем начались состязания в стрельбе, борьбе и метании копей. Когда стемнело, гости и стрелки собрались вокруг костров.
– Робин, – воскликнул де Биго, – у меня есть новость! Я назначен шерифом ноттингхэмским. Теперь вместо заклятого врага при дворе я могу добиться того, чтобы тебе пожаловали замок или поместье. Ты оказал нам большую услугу в борьбе с Иоанном, и мы решили тебя наградить.
Робин усмехнулся.
– Нет, рыцарь, не нужно мне награды. С вами против короля я шел, чтобы добиться хартии, в которой нуждался народ. Помогал я вам, когда бесчинствовали приспешники Иоанна, но главная забота была у меня другая. Король попирал хартию, и как бы мало она нам, простолюдинам, не давала, нужно мне было наказать кровожадных королевских слуг. Теперь дороги наши расходятся. Я со своими молодцами останусь в лесу. Как и в былые времена, все обиженные бегут в Шервудский лес и у нас ищут защиты. А замки мне не нужны. Я люблю лес, люблю свободу. В ваших каменных мешках мне душно и тесно. Лучше быть человеком, объявленным вне закона, чем жить в четырех стенах, пресмыкаться перед знатью и вымаливать милости у короля!
– Верно, Робин! – подхватил Маленький Джон. – Мы никогда и никому не служили по принуждению, Не было и не будет над нами господина!
Де Биго улыбнулся.
– Ну, будь по-вашему! – воскликнул он. – Но с сегодняшнего дня вы перестаете быть людьми, объявленными вне закона. Я привез скрепленный подписью указ, которым вы восстанавливаетесь во всех правах.
– Вот за это спасибо, – отозвался Робин. – До сих пор нас травили, как диких зверей, и, признаюсь, эта травля нам надоела. Но свободными лесными бродягами мы останемся до конца нашей жизни А ну-ка, Элен-э-Дэл, сыграй на арфе, а ты, Маленький Джон, спой нам старую песню стрелков! Мы все будем тебе подтягивать.
– Начинай, Маленький Джон! – крикнул Элен-э-Дэл, перебирая струны арфы.
Густым басом великан запел:
Рассветает в лесу И десятки ног
Замелькали среди дерев
По Шервудскому лесу трубит рог,
Мы-то знаем этот напев!
Не прожить нигде веселей и вольней,
Наша доля нам дорога
Поклялись мы в Шервуде – до заката дней
Никогда не щадить врага
Берегитесь бароны, веселых ребят!
Эти стрелы без промаха бьют
Нам не страшен король и наемный солдат,
И да здравствует Робин Гуд!