Время прибытия
И понял тут Марк Степановский, что разговаривает сейчас с самым настоящим психом и от догадки своей этой так ужаснулся, что назвал киллеру не только интересующий его банковский счет, но и те счета, о которых Белочкину даже не было известно, ибо понимал, что все это время жизнь его висела на тоненьком чахоточном волоске, готовым в любую секунду оборваться, как только в голове у Чистильщика чего-нибудь перемкнет…
— Ну так че, возьмем его в долю? — спросил хмурый Эус своих подопечных, невозмутимо чистящих оружие. — Мужик вроде реальный.
Марсианские братки вяло пожали плечами:
— А нафига он нам нужен, сам посуди, — сказал один из них, свинчивая на своем лучевике дуло, — ведь он из местных, чуть что — переметнется на их сторону.
— А мы с него слово возьмем, честное марсианское, — возразил Эус, — ну че, братва, нужно решать, а то он уже полчаса на морозе вокруг завода гуляет, не по понятиям так над ним издеваться.
— Ладно, а какая с него нам польза? — спросили братки. — На кой ляд он нам сдался со своими пуколками, не оружие, а смех один.
— Он городскую братву хорошо знает, — стал перечислять вожак марсиан, — к ним, как и мы, счет особый имеет, на местности ориентируется, в обычаях шарит.
Новые марсиане задумались и с перевесом в один голос проголосовали за.
— Ну че, пойду его позову, — сообщил Эус и, выйдя из цеха, вернулся через несколько минут с щуплого вида очкариком из местных аборигенов.
Очкарик, судя по всему, подхватил насморк и поэтому постоянно чихал, а может быть, всему виной была едкая пыль, царящая на заброшенном консервном заводе. В правой руке незнакомец держал лакированный черный футляр от скрипки.
— Вот знакомьтесь, братва, — указал Эус на аборигена, — это наш новый дружбан и партнер по общему делу.
Очкарик смущенно кивнул:
— Здравствуйте, меня зовут Иннокентий Петрович Белочкин, теперь мы с вами будем работать вместе.
— Клюп.
— Хлюп.
— Бука.
— Эрос.
По очереди представились пришельцы, угрюмо рассматривая землянина.
— Смотри, бледнорожий, — сказал Эус, — кинешь нас — себе дороже обойдется, марсианская братва предательства не прощает.
Чистильщик в ответ лишь лучезарно улыбнулся и, достав из черного футляра автомат, несколько раз выстрелил в каждого из марсиан, которые при этом даже не шелохнулись.
— Я так и знал, — дружелюбно констатировал он, пряча оружие обратно в футляр, — теперь я убедился, что это правда, и пули вас не берут.
— Не берут, — подтвердил Эус, — и поэтому мы используем эти игрушки, — марсианин небрежно указал на стоящие в ряд у стены, начищенные до блеска лучевики.
— А посмотреть можно, — робко попросил киллер, с восхищением глядя на чудо инопланетной военной техники.
Эус отрицательно покачал головой.
— На каждом лучевике стоит особый предохранитель, и если оружие в руки возьмет представитель иной расы, он погибнет.
— И каким интересно образом, — поинтересовался любознательный Белочкин, — наверное, взорвется?
— Ага, — подтвердил марсианин, — вместе с планетой.
После чего неожиданный союзник пришельцев был отправлен в ближайший ларек за пивом.
ГЛАВА 7,
В КОТОРОЙ НАСТАЕТ ХЭЛЛОУИН И ВСЕ ЕЩЕ БОЛЬШЕ ЗАПУТЫВАЕТСЯ
На утро улицы Хрючевска пестрели яркими красочными плакатами, сообщавшими, что в городе будет праздноваться Хэллоуин, в связи с чем ожидается удивительное костюмированное шоу с участием сотрудников хрючевской милиции и представителей областной администрации.
На плакатах был изображен сам мэр города Юлиан Никифорович Кискин в белом праздничном костюме, окруженный жуткими монстрами, в чертах которых угадывались: главный прокурор города, начальник налоговой инспекции, депутат Несуразченко и другие не менее известные представительные лица.
Также на плакате были изображены какие-то зеленомордые бугаи в малиновых пиджаках с автоматами и начальник милиции полковник Толстолобов в наряде Снегурочки.
По всей видимости, все они должны были принять непосредственное участие в ожидающемся к вечеру праздничном костюмированном шествии.
Но тихая паника в Хрючевске началась намного раньше.
В первую очередь от сильного нервного шока пострадали многочисленные владельцы иномарок, чьи машины на дорогах останавливали переодетые упырями гаишники, которые, злобно скалясь и рыча, требовали у несчастных заплатить штраф за нахождение в машине не в праздничном виде.
Штрафа избежал лишь известный хрючевский сутенер Потаскунченко, владелец прекрасного спортивного “порше”, который и без всякого грима напоминал больного желтухой Кощея Бессмертного.
В общем, веселье в городе, можно сказать, началось с самого утра, но особо отличились налоговые инспектора в виде Али-Бабы и сорока разбойников, посетившие в тот день многие фирмы и ушедшие от них с полными мешками праздничных подарков.
Следует отметить, что наиболее сильно пострадала фирма “Сезам”, официально торгующая жареными семечками, под прикрытием которых в ящиках прятались для продажи автоматы Калашникова и прочие милые изобретения склонного к массовому суициду человечества.
На традиционное требование переодетых разбойниками налоговиков “сезам, откройся”, тупомордые охранники, дежурившие на дверях главного офиса фирмы, ответили нецензурной бранью к счастью для них непереводимой на арабский язык, понятно, что они еще не были осведомлены о начавшемся в городе празднике, Поэтому когда в офис фирмы стали ломиться немытые чурки в чалмах и шароварах, охранники, заподозрив в них обманутых вкладчиков, отреагировали адекватно агрессивно, за что в итоге и поплатились. Фирма была взята штурмом переодетым гоблинами спецназом и после тщательного обыска опечатана самим Али-Бабой, под личиной которого скрывался начальник налоговой инспекции, весьма довольный сбитым с “Сезама” уловом.
Но мы, прошу прощения, снова немного отвлеклись…
В общем, Хрючевск общими стараниями городских властей стал напоминать если и не планету Марс, то какой-нибудь межгалактический Вавилон уж точно, что несколько сыграло на руку сидящим в затворничестве на старом консервном заводе новым марсианам, которые смогли наконец свободно покинуть свою базу и, не привлекая к себе особого внимания, выпить по кружке имбирного пива в ближайшей забегаловке.
Но не будем забывать и о других наших героях…
Прибывший утром в Хрючевск Бисквит Иванович был просто ошарашен, не совсем сообразив, куда это он попал, сойдя с поезда: в сумасшедший дом или на праздничный карнавал взбесившейся нечисти.
У здания вокзала эмиссара встречал сам полковник Толстолобов, слава Богу, пока не в виде Снегурочки, но зато его охрана с лихвой компенсировала данный недостаток, переодетая в роботов-полицейских.
— Господи, Владимир Андреевич, что у вас здесь происходит, — поражение спросил полковника Бисквит Иванович, погрузившись в персональную черную “волгу” начальника хрючевской милиции.
— Да вот, понимаете, — ответил полковник, — пришлось все-таки пойти на крайние меры и объявить в городе Хэллоуин, дабы под прикрытием праздника решить все внезапно свалившиеся на нашу голову проблемы.
— Хм, а что, — усмехнулся Бисквит Иванович, — это довольно хитроумное решение. Вы придумали?
— Нет, не я, — покачал головой полковник, — один из моих сотрудников, отличный парень.
— Хотите приобщить его к нашему делу? Толстолобов пожал плечами:
— Рановато пока, ведь я на пенсию еще не скоро уйду.
— Что ж, спасибо, что встретили, — поблагодарил эмиссар, — думаю, я сразу же приступлю к делу.
— Вот, — полковник протянул ему толстую папку, — ознакомьтесь с подробностями, я лично рапорт составлял.
Бисквит Иванович быстро просмотрел содержимое папки.
Задумался.
— М-да, дело намного серьезней, чем я предполагал. Пожалуй, в этой ситуации уместно вмешательство вплоть до третьей степени.