Испытание

Но пора уже было рапортовать, а он всё ещё не знал, кому; он отпустил плечевой ремень, нагнулся и протянул руку к шпаргалке, валявшейся под креслом. В конце концов, почему бы и не заглянуть в неё? Хоть теперь пригодится.
И тут позади он услышал скрип – точь-в-точь будто отворилась какая-то дверь.
Никакой двери там не было, он знал это точно, а впрочем, привязанный ремнями к креслу, не мог обернуться, – но на экраны упала полоса света, звёзды поблекли, и он услышал приглушённый голос Шефа:
– Пилот Пиркс!
Он хотел вскочить, ремни не пустили, он опять упал в кресло – с ощущением, будто сходит с ума. В проходе между стенками кабины и пузыря появился Шеф. Шеф стоял перед ним в своём сером мундире, серыми глазами смотрел на него – и улыбался. Пиркс не понимал, что такое с ним происходит.
Стеклянная оболочка приподнялась – он машинально начал отстёгивать ремни, встал, – экраны за спиной Шефа внезапно погасли, словно их ветром задуло.
– Совсем неплохо, пилот Пиркс, – сказал Шеф. – Совсем неплохо.
Пиркс всё ещё не соображал, что с ним, и, стоя навытяжку перед Шефом, сделал нечто ужасное – повернул голову, насколько позволял надутый ворот.
Весь проход вместе с люком раздался по сторонам – как будто ракета здесь лопнула. В полосе вечернего света виднелся помост ангара, какие-то люди на нём, тросы, решётчатые консоли… Пиркс с полуоткрытым ртом взглянул на Шефа.
– Подойди-ка, дружище, – сказал Шеф и медленно протянул ему руку. Пиркс пожал её. Шеф усилил пожатие и добавил: – От имени Службы Полетов выражаю тебе признательность, а от своего собственного – прошу извинения. Это… это необходимо. А теперь зайдём-ка ко мне. Ты сможешь умыться.
Он направился к выходу. Пиркс пошёл за ним, ступая тяжело и неуклюже. На воздухе было холодно и дул слабый ветерок: он проникал в ангар через раздвинутую часть перекрытия. Обе ракеты стояли на прежних местах – только к их носовым частям тянулись, провисая дугой, длинные, толстые кабели. Раньше этих кабелей не было.
Стоявший на помосте инструктор что-то ему говорил. Через шлем было плохо слышно.
– Что? – машинально переспросил он.
– Воздух! Выпусти воздух из комбинезона!
– А, воздух…
Пиркс повернул вентиль – зашипело. Он стоял на помосте. Двое в белых халатах чего-то ждали перед тросами ограждения. Нос ракеты казался распоротым. Мало-помалу его охватывала какая-то странная слабость… изумление… разочарование… всё отчётливее перераставшее в гнев.
Рядом открывали люк второй ракеты. Шеф стоял на помосте, люди в белых халатах что-то объясняли ему. Из люка послышался слабый шорох…
Какой-то коричневый, полосатый, извивающийся клубок выкатился оттуда, смутным пятном мелькала голова без шлема, захлёбывалась рёвом…
Ноги под ним подогнулись.
Этот человек…
Бёрст врезался в Луну.