Зеленое тысячелетие
— Да, знаю, — признала она, — но он не принял тебя всерьез.
Фил взглянул на Сашеверелла.
— А вы как? — спросил он. — Вы же верите в Счастливчика?
Куки угрожающе уставился на Сашеверелла.
— Если хоть один из нас станет приставать к Мо Бримстайну насчет зеленого кота, — сказал он, — нам всем зальют в глотку расплавленный пластик!
— Ну-у… — протянул Сашеверелл, оглядываясь по сторонам в поисках совета. Его взгляд остановился на жене. — Мери, как по-твоему, что нам нужно предпринять?
Мери, высунув от усердия язык, занималась важным делом — удаляла растительность на ногах. Она передернула плечами.
— Мне плевать, кто что будет делать, — проговорила она, отрывая от кожи лепесток воска толщиной в микротом. — Я работаю над Мо Бримстайном по-своему. — Она подняла для всеобщего обозрения восковую головку, уже приобретшую очертания тяжелой челюсти помощника босса «Развлечений Инкорпорейтед». — А когда все будет закончено, — сообщила она, — в ход пойдут иглы и булавки!
Юнона фыркнула, но на Куки, казалось, это произвело некоторое впечатление. Сашеверелл тем временем задумчиво кусал губы, затем, настороженно взглянув на Джека и Куки, сказал:
— Да, думаю, что, в конце концов, это лучший выход.
— Ладно, — сказал Фил и направился к двери.
— Куда это ты собрался? — поинтересовался Куки.
— За котом, — ответил Фил.
Все засуетились, наперебой бросились уверять его, что он этого не сделает, и только Юнона ухватила Фила за плечи и повернула к себе лицом.
— Слушай, — сказала она, — раз в жизни приходится признать, что я согласна с этими придурками. И не вздумай ничего делать из-за этого… этого дурацкого кота. Вбей это в свою дурью башку раз и навсегда.
Фил в ответ просто улыбнулся.
С гримасой омерзения на лице Юнона встряхнула головой.
— Не нужно было давать тебе виски.
— Это не виски, а то, что ты в него добавила, — вставил Куки. — Он «поехал».
Фил безмятежно улыбнулся, словно подтверждая его правоту.
Внезапно все отступили. На мгновение Филу показалось, что присутствующие признали его твердую решимость, и склонили головы перед неизбежностью. Но затем он сообразил, что они смотрят за его спину, и почувствовал потянувшийся от крыльца холодный воздух.
Доктор Ромадка поставил на пороге черный саквояж и улыбнулся:
— Привет, Сашеверелл! Привет, Мери! — Он коротко кивнул Джеку, Юноне и Куки и лишь потом заметил Фила.
— Да, молодой человек, — игриво сказал он, — заставили же вы меня побегать. Мне еще очень повезло, что я вообще вас обнаружил. У нас был весьма интересный разговор, и мне очень хотелось бы его продолжить. — Доктор Ромадка взглянул на остальных. — Надеюсь, вы извините нас за профессиональный разговор. Так вот, Фил, — продолжил он, — полагаю, что лицо, убедившее или, скорее, заставившее вас бежать, пыталось внушить вам самые невероятные вещи. Я абсолютно уверен, однако, что вскоре мне удастся доказать вам, насколько они абсурдны. Между прочим, это же лицо выключило везде свет и поставило все двери на код. Ловко, не правда ли? И к тому же — это моя дочь! Так что попрощайтесь с друзьями, Фил, надеюсь, они не слишком рассердятся на то, что я вас вот так увожу.
Когда доктор Ромадка повернулся к свету, все увидели на его щеке четыре полоски подсохшей крови. Мери ехидно заметила:
— Антон, я никогда не верила в бешеную пациентку, которая постоянно угрожает тебе увечьями, но боюсь, что теперь мне придется поверить. Кто-то хорошенько к тебе приложился.
Улыбка доктора Ромадки слегка потускнела.
— Многие иллюзии оказываются реальностью, Мери, — небрежно сказал он. — Хотя обычно моя работа заключается в том, чтобы доказать обратное. Так ведь, Фил? Вроде того, что на самом деле нет никаких девушек с копытами и черным мехом, которые раздеваясь, забывают прикрыть окно?
— Или никаких зеленых котов? — спокойно спросил Фил.
— Да, ничего подобного, — отрывисто согласился доктор Ромадка.
— Доктор, почему бы вам не признать тот факт, — невозмутимо продолжил Фил, — что зеленый кот — это одна из тех иллюзий, которые оказываются самой настоящей реальностью. И что вы ищете его. Вы бы вовсе не удивили присутствующих. Все они видели зеленого кота.
В глазах психоаналитика внезапно загорелась искра подозрения, которая не ослабла даже после возмущенных слов Куки «Мы не видели» и уверений Джека: «Док, мы не понимаем, о чем говорит этот парень. Но мы точно знаем, что он псих. Поэтому-то я и послал его к вам».
С огромным удовольствием Фил наблюдал, как доктор впился глазами в Юнону, Сашеверелла и Мери. Затем он хихикнул и загадочно произнес:
— Вам всем может быть гораздо хуже, если я сейчас отправлюсь с доктором, а не пойду против Бримстайна.
В глазах доктора Ромадки загорелся огонь новых подозрений, но Джек быстро проговорил:
— Послушайте, док, вы ведь хотите взять этого парня и куда-то спрятать, чтобы он не натворил чего-нибудь?
— Можете быть в этом уверены, — резко ответил доктор Ромадка, отбросив все свои улыбки и вкрадчивость. — Заруби себе на носу, Фил: ты пойдешь со мной, хочешь того или нет. А на случай, если ты снова вздумаешь бежать, снаружи стоят несколько моих друзей.
— Ну и отлично, — сказал Джек, — я целиком и полностью за. Мы будем только рады избавиться от него.
Хмурившаяся все это время Юнона мотнула головой, как встревоженный бык.
— Бог с тобой, Джек, я этого не хочу, — сказала она. — Мне это совсем не нравится.
— Юна… — угрожающе начал Джек.
— Мне совершенно не нравится, что вы собираетесь бросить этого парня на съедение волкам, — вызывающе закончила блондинка.
— Волкам, миссис Джоунс? — с угрозой в голосе произнес доктор Ромадка. — Это делается для блага остальных. Объясните, пожалуйста…
Однако в этот момент Сашеверелл с выражением полной решимости на лице выступил вперед. В суровом взгляде, брошенном на Фила, не осталось и следа сочувствия.
— Думаю, Антон и Джек совершенно правы, — объявил он, обхватив юношу за плечо и локоть и подталкивая к двери. — Я устал от ваших обманов, мистер Гиш. Отправляйтесь с Антоном к его друзьям и не вздумайте безобразничать.