Город иллюзий
— Тебе известен этот Канон?
Фальк посмотрел туда, куда указывал Герцог, и прочел несколько певучих фраз:
Нужно бояться
Страха людского.
О горе!
Ты все еще
Не достигло
Своего предела!
— Мне известны эти строки, Герцог. Перед тем как я отправился в путешествие, мне подарили экземпляр этой книги. Но я не знаю языка, которым написана страница, что слева в вашем экземпляре.
— Это символы языка, на котором книга была написана первоначально, пять или шесть тысяч лет назад, — язык Желтого Императора, моего предка. Так ты потерял свою книгу по дороге? Тогда возьми мою. Но я уверен, что ты потеряешь и ее; следуя Пути, теряешь свой путь. О горе! Почему ты всегда говоришь только правду, Опал?
— Не знаю.
По сути, хотя Фальк постепенно и пришел к твердому решению, что никогда не будет лгать, независимо от того, с кем говорит или насколько невероятной может выглядеть правда, он не знал, почему именно пришел к такому решению.
— Пользоваться оружием врага означает играть по его правилам, — сказал он.
— О, враг давным-давно уже выиграл свою игру. Значит, ты уходишь? Ну что ж, иди. Сейчас самое время отправиться в путь. Но я задержу на некоторое время твою спутницу.
— Я обещал ей помочь найти соплеменников. Герцог.
— Ее соплеменников? — Суровое, испещренное морщинами лицо повернулось к гостю. — А за кого ты ее принимаешь?
— Она из Странников.
— Ну, тогда я — зеленый орех, ты — рыба, а эти горы сделаны из сушеного овечьего помета! Придерживайся и дальше своих правил, говори правду — и услышишь в ответ тоже правду. Набери фруктов из моих цветущих садов, перед тем как двинуться на запад. Опал, напейся влаги из моих бесчисленных колодцев в тени гигантских папоротников. Разве я не правлю королевством чудес? Миражи и пыль ждут тебя на западе вплоть до самой границы тьмы. Скажи, что удерживает тебя возле этой женщины — вожделение или верность?
— Мы многое пережили вместе.
— Не верь ей!
— Она помогла мне и вселила надежду. Мы — товарищи по несчастью. Мы доверяли друг другу Как я могу разрушить это доверие?
— Вот глупец, о горе мне! — воскликнул Герцог Канзаса. — Я дам тебе десять женщин, которые будут сопровождать тебя до самой Обители Лжи — с флейтами, лютнями, тамбуринами и противозачаточными пилюлями. Я дам тебе пять дюжих молодцов, вооруженных ракетницами. Я дам тебе собаку по правде говоря, я считаю, что только такое живое ископаемое, как собака, может стать твоим подлинным другом. Кстати, знаешь, почему вымерли собаки? Потому что они чересчур доверяли людям. Иди в одиночку, человек!
— Я не могу.
— Что ж, поступай как знаешь. Здесь игра уже закончена. Герцог встал, подошел к трону у серебристого круга и уселся в него. Он даже не повернул головы, когда Фальк попытался произнести слова прощания.