Саранча

— А лаборатория у Нетушкина где была — здесь или в институте?
— А институт, он здесь и есть. Вона, по дорожке пройдешь направо, за пустой цистерной, и там сразу институт. За одной колючкой были… Ой, Леха, у меня отец туточки служил, тут мухи без пропуска не летали, а теперь что? Разбазарили Россию,…
— А в ту ночь, когда Нетушкина убили, он, говорят, допоздна работал? — спросил Муха.
— Он всегда допоздна работал. До полуночи сидел. Когда Санычев поздно сидит, у него водитель всегда под окном ждет. А Нетушкин водителя отпускал.
— И в тот раз отпустил?
— Да.
— А кто же его вез? Охранники?
— Нет, он на вахту позвонил, Мишка трубку снял — он говорит, что сейчас поедет. Ну Мишка водителя вызвал.
Муха про себя отметил, что он угадал точно. «А. Каголов» и был его собеседник Лешка.
— А Мишка сегодня дежурит?
— Не-а. Должен, только не пришел чего-то. Звонил, что болен. Грипп.
Муха добродушно сморгнул. Лешка опять посмотрел на баночку с пивом. Пива очень хотелось, но Лешка мужественно превозмог искушение. Было бы здорово, если б бандит оставил эту банку.
— А что, — спросил Муха, — у вас в городе кто самый крутой?
— Колун, говорят. Я его в телевизоре видел, щупленький такой, и не скажешь, что крестный отец…
— А он к вам не сватался?
— Не, что ты. Наезжали тут какие-то, говорили — от Спиридона. Во, представляешь? Ночью подъехали с бензовозом, окно вышибли и в караулку мазут с водой налили…Ни отмыться, ни вычерпать…
— А вы? — удивился Муха.
— А что мы? У нас всего оружия — два табельных ствола, а эти приехали с автоматами…
— И что?
— А ничего. Поглумились и уехали. А нам субботник пришлось устраивать.
— А чего Спиридон хотел?
Лешка лениво пожал плечами.
— А хрен его знает, чего он хотел. Это к начальству — чего он хотел. Наше дело маленькое — мазут вычерпать…
На широкой лестнице заводоуправления, украшенной бюстом Ленина, появился Валерий Нестеренко.
— Ну, привет, браток, — поднялся Муха, — увидимся вечерком, а? За мной пиво и раки.
Два джипа у ворот согласно заурчали. Лешка смотрел, как широкая спина и бритая башка его добродушного собеседника исчезают за тонированным стеклом. «А че, душевный парень, — подумал Лешка, — не такой, как эти мудаки Спиридоньи… скорее, на колуновских ребят смахивает».