Дорога на Скво-Спрингс

Сражение началось и закончилось почти мгновенно, поскольку у индейцев хватило ума сообразить, что внезапного нападения не получилось и придется уносить ноги. Они растаяли в кустах, воспользовавшись сгустившимися сумерками, унося с собой погибших.
Джексон с трудом успокоил испуганных лошадей, позволив Делани соскочить на землю и пару раз выстрелить вслед убегавшим индейцам.
Док Муди заторопился к дому. Резким движением распахнув дверь, он с трудом различил в темноте распростертое на полу беспомощное тело умирающего. В зубах он по-прежнему крепко держал бечевку. Нагнувшись к раненому, док осторожно высвободил ее.
— Нет нужды объяснять мне, что случилось, док. Я успел! — Бледное лицо стало мокрым от пота. — Я знал, нужно было предупредить!
С другой стороны подошел Хэнк Уэллс и тоже склонился над умирающим.
— Послушай, старина, ты спас нас всех, но ты даже не представляешь, кого еще ты спас! Ты сохранил жизнь собственному сыну!
— Сыну?!
— У Руби родился мальчик, твой сын. Ему уже четыре года, и он сейчас там, внизу, вместе с мамашей Харриган.
— Мой мальчик? Так я спас своего сына?!
— Руби недавно умерла, Райан, — печально сказал Делани. — Перед смертью она отослала мальчика к тебе, теперь мы позаботимся о нем, мы все сделаем это.
Казалось, он расслышал последние слова, губы его шевельнулись, но это был конец. Голова Райана упала, и он умер тут же на полу в доме на станции Блафф-Крик.
Док Муди с трудом поднялся на ноги.
— Если я что-то понимаю в медицине, — он растерянно оглядел всех, — этому человеку следовало умереть уже несколько часов назад.
— Мужество, — вздохнул Уэллс, — вот что удержало его на краю.
Док Муди обвел всех суровым взглядом и кивнул.
— Не знаю, как вы, ребята, но я считаю, что мы должны позаботиться о малыше.
— Ну что ж, — с удовольствием согласился Джексон, — значит, паренек получит четырех дядюшек разом. Будем считать, что мы теперь — его семья.
— Мы тоже участвуем, — вдруг раздался от дверей робкий голос молодого человека, и, подняв головы, они увидели стоявшую в дверях молодую пару. Никто не заметил, как они появились в комнате. — Мы бы тоже хотели стать кем-нибудь для него, например, братом и сестрой, это же не важно, в конце концов.
На том месте, где когда-то прижимался к утесу небольшой каменный дом смотрителя, теперь возвышается красивый мотель, и недавно внук и правнук Райана медленно поднялись по поросшему старыми соснами холму и встали, склонив головы, у могилы их предка, погибшего здесь много лет назад. А потом спустились вниз, в долину, где жила теперь вся семья.
Их стало пятьдесят девять человек, прямых потомков старого Райана, и не важно, что они носили другую фамилию. Один из них умер от ран в лесу под Арденном, двое погибли при высадке союзных войск в Нормандии, и еще один — во Вьетнаме. Среди его потомков одиннадцать врачей и военных хирургов, один из них — в прошлом член правительства, двое — сенаторы, есть среди них и инженер, и школьный учитель, и домохозяйка, и деревенский торговец, и полицейский. Но одно у них общее — в их жилах течет кровь Райана, давным-давно осенней ночью погибшего на станции Блафф-Крик.