Роковая любовь

У Марка перехватило дыхание, но он продолжал отбиваться.
— Ты что — сумасшедшая и не видишь, как я изувечен?
— Смешно думать, что меня пугают твои шрамы, которые я растирала по нескольку раз в день месяцами. И признаюсь тебе, что когда я растирала твою ногу вверху, я иногда нечаянно дотрагивалась до твоей плоти и трепетала от желания…
Марк вздрогнул, а Энэлайз засмеялась.
— Ты надеешься заставить меня поверить, что не любишь, но твое тело предает тебя…. — и она многозначительно посмотрела на его вставшую плоть.
Продолжая улыбаться, она отбросила пистолет в кресло, а затем стала освобождать свои волосы от шпилек, позволив им свободно разметаться по плечам.
— Энэлайз, прекрати! — отчаянно крикнул Марк. — Я слишком ревную тебя и всегда из ревности обижаю. Я ненавижу себя за это, но не могу остановиться. Но, ради спокойствия нас обоих, прекрати искушать меня!
— И не подумаю! — И она стала расстегивать свое платье, видя, что Марк непроизвольно стал следить за ее пальцами.
— Я смогу справиться с твоей ревностью и с твоим гневом. Мы будем так заняты друг другом, поверь мне, что у нас не останется ни сил, ни времени на ревность, — продолжила она и выскользнула из своего платья.
Очень медленно, чуть покачиваясь и на ходу снимая свое нижнее белье и оставляя его на полу, она стала приближаться к нему.
Завороженный, он стоял не двигаясь и она, подойдя совсем рядом, встала перед ним совсем обнаженной.
Марк, не отрывая от нее взгляда, уже дрожал от страсти, как загнанная лошадь.
— Докажи, что ты можешь жить без меня, — сказала она нежно. — Обними меня, а затем — покинь меня. Докажи…
Марк со стоном, вырвавшимся из груди, бросился к ней и прижал к себе.
Энэлайз прильнула к нему всем своим телом, и их губы слились в страстном поцелуе.
Он лишь на мгновенье оторвался от нее, только чтобы прошептать.
— Я люблю тебя! Я хочу, чтобы ты знала, что я никогда больше не причиню тебе боли. Я люблю тебя, как никого на свете!
— Я знаю, — прошептала она в ответ, и их уста вновь слились воедино.