Слуги сумерек

– О, Чубакка, значит, разговаривает? – подтрунивала Кристина.
– Ну…
– И он разбирается в девочках?
– Ну, хорошо, если ты хочешь знать, – сказал Джой. – Я признаюсь, что я просто притворяюсь, что он разговаривает.
Чарли засмеялся и подмигнул жене.
– А если я буду есть много биг-маков, у меня и руки будут как у клоуна? – не унимался Джой.
– Ну да, – ответил Чарли. – И ты не сможешь завязывать шнурки на ботинках.
– Или ковырять в носу, – добавила Кристина.
– Я не ковыряю в носу, – возмутился Джой. – А знаешь, что Вэл сказала о ковырянии в носу?
– Нет. Что? – спросила Кристина, и Чарли заметил, что она немного боится ответа, потому что у Вэл мальчик всегда подхватывал разные словечки.
Джой сощурился от лучей солнца, будто старался точнее вспомнить высказывание Вэл. Потом произнес:
– Она сказала, что в носу ковыряют лодыри, психи, налоговые инспекторы и ее бывший муж.
Чарли и Кристина посмотрели друг на друга и засмеялись. Так хорошо было смеяться.
Джой сказал:
– Знаете, если вы хотите побыть.., ммм.., одни, можете оставить меня в игровой комнате в гостинице. – Я не возражаю. Там здорово. Всякие игры и прочее. А может, вы хотите поиграть в карты или на том автомате, где мама выиграла вчера?
– Я думаю, мы, пожалуй, остановимся, пока не проигрались, милый.
– А я думаю, вы должны играть, мам. Спорим, вы выиграете. Гораздо больше. Правда. Я знаю, что выиграете.
Я просто знаю, – сказал мальчик.
Солнце снова выглянуло из-за редких белых облаков, осветило мостовую, отразилось в хромированных панелях и стеклах проезжающих автомобилей, преобразив обшарпанные гостиницы и казино и наполнив воздух фантастическим мерцанием.
Эта история заканчивалась при ярком свете дня, а не темной, непогожей ночью.