Желание

Вильям поспешно сунул кулек со сладостями в мешочек, болтавшийся у него на поясе, и побежал к невысокой скамейке возле монастырской стены.
Увы, но Клара слишком поздно догадалась о его намерениях:
— Вильям! Не смей залезать на стену! Ты же знаешь, что сказала бы тебе твоя матушка!
— Не беспокойтесь, я не свалюсь! Я только посмотрю на рыцарей и на их огромных коней — и сразу слезу!
Клара застонала и бросила беспомощный взгляд на Маргарет. Появись здесь не в меру заботливая мать Вильяма, с ней немедленно случился бы припадок. Джоанна была убеждена, что ее сын на редкость слаб и хрупок, а посему его необходимо уберегать от всего на свете.
— Леди Джоанны здесь нет, — сухо заметила Маргарет, будто прочитав ее мысли. — Поэтому тебе лучше не мешать мальчику.
— А вдруг Вильям упадет, она же никогда не простит мне!
— Рано или поздно ей придется перестать нянчиться со своим сыном, — философски заметила настоятельница. — Если Джоанна не прекратит кудахтать над ним, как наседка над цыпленком, мальчик может вырасти трусливым, нервным и, кстати, чересчур толстым.
— Совершенно справедливо, но… вправе ли мы осуждать Джоанну за ее стремление защитить Вильяма, — тихо шепнула Клара. — Ведь, кроме него, у бедняжки нет больше никого на свете! Она не переживет, если потеряет еще и сына.
— Я их вижу! Они уже въезжают на улицу! — Вильяму удалось наконец перекинуть ногу на стену. Он прикрыл ладошкой глаза от весеннего солнца. — Впереди всех ступает огромный серый конь. Клянусь, рыцарь на нем почти такой же могучий, как и его скакун!
Клара недовольно сдвинула брови:
— Но я требовала прислать мне женихов среднего роста и телосложения!
— На нем сверкающий шлем и латы! — захлебываясь от восторга, вопил Вильям. — И еще он держит серебряный щит, который блестит на солнце, как огромное зеркало.
— Огромное зеркало? — Не в силах совладать с любопытством, Клара поспешила по садовой дорожке к воротам, чтобы самой взглянуть на прибывших гостей.
— Как странно, миледи! У этого рыцаря все серое или серебряное — и одежда, и оружие, и даже упряжь и попона на лошади! Такое впечатление, что и всадник, и жеребец сделаны из дыма и серебра!
— Из дыма и серебра? — запрокинув голову, Клара уставилась на Вильяма. — А не слишком ли у тебя разыгралось воображение?
— Я говорю правду, клянусь вам, леди Клара! — Похоже, он был совершенно околдован представшим его взору зрелищем.
Любопытство Клары все росло.
— Он действительно такой большой, этот дымчато-серебряный рыцарь?
— О! Не то слово, он просто огромный! — торжественно вещал Вильям со своего высокого насеста. — И рыцарь, следующий за ним, почти такой же великан.
— Ну это уж слишком!
Клара подошла к монастырским воротам и приоткрыла их. Но тут ее подстерегала неудача — толпа жителей, высыпавших навстречу приехавшим рыцарям, загораживала от нее улицу.
Весть о прибытии женихов быстро разнеслась по острову. Почти все, от мала до велика, не преминули насладиться редкостным зрелищем — высадкой рыцарей на остров Желание. Джон-Кузнец, Роберт-Бондарь, Элис-Пивовар и трое здоровенных крестьян несокрушимой стеной стояли на пути Клары. Само собой разумеется, все они были гораздо выше ее ростом.
— Пусть тебя не беспокоят размеры серебряного рыцаря, дитя мое. — Маргарет приблизилась к Кларе и остановилась за ее спиной. В глазах ее плясали веселые искорки. — Нам снова следует сделать поправку на своеобразие представлений юного Вильяма об окружающем мире. Любой рыцарь в доспехах и верхом на боевом коне покажется мальчику настоящим великаном.
— Да, понимаю… И все же я очень хочу сама взглянуть на серого рыцаря. — Клара прикинула на глаз расстояние от скамейки до монастырской стены. — Вильям, сейчас ты подашь мне руку.
Тот не сразу оторвался от захватывающей дух картины.
— Вы собираетесь забраться ко мне на стену, леди Клара?
— Ты угадал. Ведь если я останусь внизу, то, пожалуй, увижу наших гостей самой последней.
Решительно подобрав пышные юбки платья, Клара шагнула на скамейку.
Маргарет недовольно фыркнула:
— Клара, это немыслимо! Только подумай, в каком глупом положении ты окажешься, если кто-нибудь из женихов увидит тебя — верхом на стене, как деревенский мальчишка на заборе! А вдруг он узнает тебя в замке?
— Не беспокойся, никто меня не заметит. Судя по доносящимся сюда крикам, наши гости слишком увлечены тем, чтобы произвести грандиозное впечатление на моих людей. И я просто сгораю от нетерпения увидеть это представление!
Она ухватилась за край стены, уперлась носком мягкого кожаного башмачка в расщелину между камнями и попыталась подтянуться к Вильяму.
— Осторожнее, миледи! — Вильям наклонился, чтобы поддержать ее за руку.
— Не волнуйся! — пропыхтела Клара, перекидывая сначала одну, потом другую ногу через край стены. — Конечно, я старая дева и мне уже двадцать три, но, слава Богу, я еще не разучилась лазить по стенам! — усмехнулась она и, устроившись поудобнее, расправила юбки. — Ну вот я и здесь, а ты сомневался? Покажи-ка мне лучше своего рыцаря из дыма и серебра!
— Он в самом верху улицы, — Вильям махнул рукой в сторону гавани. — Слышите, как гремят копыта? Похоже на рокот грозного шторма.
— Они подняли такой шум, что мертвого разбудит. — Клара откинула капюшон накидки и устремила взгляд в конец узенькой улицы.
Шум и грохот конских копыт приближался. Местные наблюдатели притихли в ожидании.
И тут Клара заметила рыцаря и боевого коня, словно сделанных из дыма и серебра. Она затаила дыхание и вдруг почувствовала, что и ей передался благоговейный трепет Вильяма.
Ей показалось, будто и мужчина, и конь рождены грозной бурей: их могучие тела созданы из ветра, молний и ливня. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: однажды поднявшись из морских глубин, эта мрачная серая волна, как ураган, сметет все, что осмелится встать на ее пути.
На какое-то мгновение Клара даже потеряла дар речи и притихла, точно так же, как и ее подданные, толпящиеся на улице внизу. И вдруг у нее внутри все сжалось от безотчетного страха при мысли о том, что перед ней один из ее женихов.