Сомнительная репутация
— Она жива?
— Ага. — Цветочница ухмыльнулась. — Но теперь она боится и прячется. Попросила у меня мою старую накидку. Она совсем без крови.
Лавиния расстегнула свою накидку, сбросила ее с плеч и протянула женщине вместе с монетами:
— Я отдам вам эту отличную накидку и еще монеты за вашу накидку.
Цветочница настороженно рассматривала предложенную Лавинией накидку.
— Она старая.
— Уверяю вас, она еще долго будет носиться.
Безумная склонила голову набок, а потом выхватила накидку из рук Лавинии:
— Давай-ка посмотрим, чего ты предлагаешь, дорогуша.
— На ней нет крови, — спокойно объяснила Лавиния. — Ни капли.
— Может, и так. — Старуха встряхнула накидку и повернула ее, чтобы посмотреть подкладку. — Ага. Вот тут какое-то пятно. — Она всмотрелась пристальнее. — Похоже, его пытались оттереть.
Лавиния услышала за спиной сдавленный звук. Это Тобиас едва сдержал смех. Она отвела глаза.
— Почта незаметно, — твердо сказала Лавиния.
— А я заметила.
— Это небольшое пятно на моей накидке не вызывает никаких подозрений, в отличие от пятен крови на вашей. Так будете меняться или нет?
Морщинистое лицо цветочницы презрительно скривилось.
— Ты чего, дорогуша, думаешь, я окончательно спятила? Моя отличная накидка намного дороже той, что ты предлагаешь, и это факт.
Лавиния глубоко вздохнула, пытаясь не выказать отчаяния:
— Чего еще вы хотите?
Цветочница захихикала:
— Твою накидку, красивые сапожки и монеты.
— Мои сапожки? Но в чем же я пойду домой?
— Не бойся, дорогуша. Я отдам тебе свои старые ботинки. Никакой крови, ни пятнышка. Не то что на розах. — Искра разума исчезла из глаз сумасшедшей. Они снова стали бессмысленными. — Никто не хочет покупать кровавые розы.
— Я пересмотрел свой диагноз. — Тобиас помог Лавинии сесть в экипаж. — Я больше не считаю цветочницу абсолютно сумасшедшей. Напротив, полагаю, в ней ты нашла достойную соперницу по части торга.
— Я рада, что тебя это забавляет. — Лавиния устало опустилась на сиденье и мрачно посмотрела на свои ноги в старых ботинках. Каблуки протерлись, и несколько швов разошлось. — А мои сапожки были почти новые.
— Ты не одна проиграла от своей «успешной» сделки. — Тобиас сел в карету и закрыл дверцу. — Зачем было давать ей так много моих монет?
— Я решила, что раз теряю накидку и сапожки, ты тоже можешь внести свой вклад.
— Надеюсь, ты довольна своим приобретением? — Тобиас опустился на противоположное сиденье и посмотрел на накидку. — Что ты надеешься узнать, заполучив ее?
— Не знаю. — Лавиния порылась в складках. — Но цветочница была права насчет пятен крови. — Она вывернула капюшон и вздохнула. — Смотри. Следы раны на голове, не так ли?
Глаза Тобиаса сузились при виде засохшей крови.
— Похоже на то. Раны на голове обычно сильно кровоточат, даже если и не очень серьезны.
— Значит, моя гипотеза о том, что Салли подверглась нападению, уцелела и вернулась домой за вещами, возможно, верна.
— Да, и понятно, зачем ей понадобилась накидка цветочницы, — ответил Тобиас. — Салли раньше жила в трущобах. Туда же она и вернется в поисках укрытия. Дорогая одежда привлекла бы лишнее внимание в таком месте.
— Верно, Тобиас. У нас появился след… В это мгновение Лавиния увидела внутренний карман в накидке и нащупала в нем клочок бумаги.
— Мы знаем только то, что последняя любовница Невилла избежала участи предыдущих, — заметил Тобиас. — Накидка подтверждает твои выводы, но не дает нам никакой информации и не подсказывает новое направление поиска.
Лавиния уставилась на билет, который вынула из кармана накидки.
— Напротив, — прошептала она. — Это снова ведет нас в музей Хаггета.