Обольщение
— Нет, кажется, все в порядке. Ну а теперь о твоем желании остаться в Лондоне.
— Да, милорд? — проговорила она нетерпеливо, желая поскорее удостовериться, верно ли она поняла главную черту его натуры — чувство справедливости.
Джулиан помедлил, задумчиво хмурясь, откинулся на спинку кресла и снова пристально посмотрел на нее:
— Я решил удовлетворить твою просьбу.
Внутри у нее запело, она ослепительно улыбнулась — в ее улыбке читалось и облегчение, и счастье.
— О Джулиан! Спасибо! Обещаю, ты не пожалеешь о своем великодушии. Ты очень справедлив и добр, и, возможно, я не заслуживаю этого, но я просто горю желанием оправдать все ожидания…
— Это интересно, но не более того.
— Джулиан, пожалуйста! Я же серьезно.
Его лицо озарила милостивая улыбка.
— Я понимаю, что серьезно. И вижу в твоих глазах искренность намерений. Именно поэтому, моя дорогая, я дал тебе возможность попробовать еще раз. Я же говорил, по твоим глазам легко читать.
— Клянусь, Джулиан! Я стану образцом супруги! Как замечательно, что ты сумел посмотреть на происшедшее в Эслингтон-Парке сквозь пальцы.
— Я бы хотел, чтобы никто из нас не упоминал больше о том позоре.
— Прекрасная мысль! — горячо согласилась она.
— Ну что ж, хорошо. Похоже, мы уладили это дело и вправе начать наши настоящие отношения мужа и жены.
Глаза Софи тревожно расширились, а ладошки мигом вспотели. Она не ожидала, что он все обратит к интимной стороне, и так поспешно. В конце концов, всего одиннадцать утра.
— Прямо здесь, милорд? — спросила Софи слабым голосом, оглядывая библиотеку. — Прямо сейчас?
— Да, совершенно верно. И здесь, и сейчас. — Джулиан притворился, что не заметил ее испуганного выражения. Он что-то вытаскивал из ящика стола. — Ах вот оно. — Он вынул груду писем и визитных карточек и вручил Софи.
— Что это?
— Приглашения. На приемы, вечеринки, рауты, балы. И на них нужно ответить. Я ненавижу заниматься этими делами и нанял секретаря, однако он работает с более важными приглашениями. А ты выбери самые интересные, а на остальные отвечай вежливым отказом.
Софи подняла глаза от карточек. Вид у нее был несколько смущенный.
— Так это и будет моя первая обязанность жены, милорд?
— Совершенно верно.
Она помолчала с минуту, не в силах понять, что должна сейчас испытывать — облегчение или разочарование. Все-таки, наверное, больше облегчение.
— Я счастлива помочь тебе, Джулиан. Но ты лучше других понимаешь, что я совсем не знаю общества.
— Да, Софи, это один из твоих, и, замечу, самых простительных недостатков.
— Спасибо, милорд. Я уверена, что все-таки должна узнать светское общество и научиться держать себя подобающим образом.
Он подозрительно взглянул на нее, но воздержался от комментариев.
— У меня есть свои соображения, как тебе помочь обучиться светским манерам. Я дам профессионального гида, который поведет тебя через все трудности светской жизни.
— Гида?
— Да, мою тетю. Леди Фрэнсис Синклер. Ты можешь спокойно называть ее Фанни. Ее все так зовут, принц в том числе. Надеюсь, она тебе понравится. Фанни считает себя вроде ученой дамы. Она со своей компаньонкой с удовольствием введет тебя в маленький салон, где интеллектуальные леди собираются по средам. Возможно, она пригласит тебя вступить в их женский клуб.
Софи послышалась насмешливая снисходительность в его голосе, и, ослепительно улыбнувшись, она спросила:
— А ее маленький клуб — это что-то вроде клуба для джентльменов, где можно напиться, заключить пари и развлекаться до утра?
Джулиан мрачно посмотрел на нее:
— Конечно, нет.
— Как жаль. Впрочем, не так это и важно. Я уверена, мне понравится твоя тетя.
— Сейчас ты сможешь это проверить. — Джулиан посмотрел на большие часы в библиотеке. — Она появится с минуты на минуту.
Софи ошеломленно посмотрела на мужа:
— Она зайдет сегодня утром?
— Боюсь, что да. Час назад она прислала записку, предупреждая о своем визите. Без сомнения, при ней будет ее компаньонка Генриетта Раттенбери. Они неразлучны. — Джулиан усмехнулся. — Моя тетя прямо горит желанием познакомиться с тобой.
— Но откуда она знает о моем приезде?
— Первым делом ты должна усвоить, Софи, что слухи здесь носятся в воздухе. И ты не должна забывать об этом ни на минуту. Мне совсем не хотелось бы, чтобы в городе сплетничали о моей жене. Ясно?
— Вполне, Джулиан.