Обольщение

Уже гораздо позже, ночью, Джулиан в томном удовлетворении лежал рядом с Софи.
— Дарегейт спрашивал меня сегодня о секретах домашнего счастья, — сказал Джулиан, прижимаясь к Софи.
— Правда? — Она пальцем водила по его груди. — И что ты сказал ему?
— Что он сам должен пройти этот трудный путь. — Джулиан повернулся на бок и, убрав волосы со щеки Софи, улыбнулся, чувствуя, что обожает в ней все. — Спасибо, что ты наконец согласилась надеть изумруды. Они не слишком мешали тебе сегодня?
Софи медленно покачала головой:
— Нет, я сначала не хотела их надевать, но потом поняла, что ты прав. Камни по цвету абсолютно как твои глаза. Когда я наконец привыкла к этой мысли, то поняла, что, надевая их, всегда буду думать о тебе.
— Именно так и должно быть. — Он медленно поцеловал ее и с этим поцелуем как бы впитывал все безграничное счастье, которое она давала ему. Его рука потянулась к бедру Софи, когда он вдруг услышал тихий, но требовательный крик из соседней комнаты.
— Ваш сын проголодался, милорд.
Джулиан застонал:
— У него безошибочное чувство времени, не так ли?
— Да, он так же требователен, как его отец.
— Очень хорошо, мадам. Пусть нянька спит, я вам принесу следующего графа Рейвенвуда. Успокойте его поскорее, и мы вернемся к нашим делам.
Он уже привык к тому, что стал отцом. Джулиан направился в детскую, в которую была превращена бывшая спальня хозяина. И все это ему очень нравилось.
Его сын тут же затих, почувствовав сильные отцовские руки, поднявшие его. Зеленоглазый темноволосый младенец счастливо заворковал. Когда отец поднес его к груди матери, наследник принялся за дело.
Джулиан сидел на краю кровати и наблюдал за женой и сыном. Зрелище наполняло его удовлетворением хозяина. Это чувство было сродни тому, которое он испытывал в моменты близости с Софи.
— Софи, скажи мне еще раз, что наконец ты получила от этого брака все, что хотела, — тихо потребовал Джулиан.
— Все, и даже больше, Джулиан. — Ее улыбка ярко сверкнула в темноте. — Все, и даже больше!