Президент Каменного острова

— Чего же мы стоим? — с тревогой спросила Аленка.
— За мной, — сказал Сорока.
 
Глава сороковая
Отец и Вячеслав Семенович сидят на крыльце и курят. Лариса Ивановна что-то ищет в багажнике «Волги». Машина стоит на старом месте. Но палатка не разбита. Утром они уезжают в Москву. Отпуск кончается. Заехали за Гариком.
— Ребята обидятся, — говорит Сорока. — Погости у нас.
Мы сидим на опрокинутой лодке, от которой всегда пахнет рыбой и гнилыми водорослями. Озеро раскинулось перед нами. Оно тихое сегодня, не шелохнется. Паутинками разбегаются круги. Проворные жуки н пауки двигаются по воде. За камышами плавает гагара. Красивая птица. Большая, изящная, как балерина. Она близко не подплывает, боится нас.
— Славик тоже обидится, — отвечает Гарик.
— Я поговорю с ним? — предлагает Президент.
— По рулю соскучился… — говорит Гарик.
Я услышал песню. Лариса Ивановна наконец нашла, что искала, и и запела, наверное, от радости. Она загорела там, на Рижском взморье. Стала еще красивее.
— Человечек полетел в космос, — говорит Аленка, глядя на остров.
Над соснами поднимается прозрачный шар с черным человечком. Президент спрыгивает с опрокинутой лодки.
— Меня вызывают, — говорит он.
У берега стоит лодка. Обыкновенная, деревянная. На ней к нам приплыл Сорока.
— А может, останешься?.. — спрашивает Президент.
— Я приеду.
— Когда?
— Пешком приду, как Сергей…
— Я должен быть на острове, — говорит Сорока. Он протягивает Гарику руку.
Мы смотрим ему вслед. Столкнув в воду лодку, прыгнул. Несколько сильных взмахов — и лодка за камышами. Президент поднял вверх весло. Прощается.
— Ну чего хорошего сейчас в городе? — сказала Аленка.
— Ничего хорошего, — ответил я. — Поживи у нас до сентября?!
— Красивый остров… — сказал Гарик. И добавил: — Наш остров.
А в небо все выше поднимается шар с человечком. Вечернее солнце позолотило его с одной стороны. Картонный человечек с растопыренными руками и ногами вертится на нитке и пляшет. Ему весело.