Свинцовый шторм
Я уже раз десять перечитывал письмо Анжелы и теперь читал его в последний раз. Суд признал, что Беннистер и Мульдер погибли из-за слишком сильного напряжения в современных гонках в океане. Нигде не были упомянуты ни имя Кассули, ни его присутствие на месте гибели «Уайлдтрека». А моим письменным показаниям, нотариально заверенным, едва уделили внимание. Суд решил признать, что смерть наступила в результате несчастного случая. Анжела считала, что фильм обо мне можно было бы развить в целую программу минут на пятьдесят, и спрашивала, не могу ли я приплыть на «Сикоракс» в Англию, чтобы она смогла доснять концовку? Но она хотела, чтобы я вернулся домой не только ради этой концовки. Ей перешла компания Беннистера, и она надеялась на мою помощь. «Пожалуйста, Ник, — писала она, — возвращайся домой».
Я сидел, уставившись на сверкающий лед, и холод постепенно подбирался ко мне. Был велик соблазн вернуться домой и обменять медаль на комфорт, дружбу и благополучие. Но я должен был побороть его. Я всего лишь обычный работяга и не могу тягаться с теми блестящими людьми, которые делают телевидение и деньги. Если я вернусь, мне придется соперничать с яркими, острыми умами. Там, дома, был мир, в котором правят Кассули и подобные ему.
Но я уже сказал, что отправляюсь в Новую Зеландию. Определенной причины этому не было. В конце концов это могла быть и утопия — просто цель, которая удерживает меня в кубрике, и при этом я никому ничем не обязан. Год назад я смотрел из окна больницы и нашел звезду, которую поймал в зеркале секстанта, а теперь я был там, где звезда поймала меня. Я был один со своей морской кошкой и счастлив. Мне ни с кем не надо было конкурировать, я никому не завидовал и никому не желал зла. Здесь, в море, я мог быть честным, потому что море не терпит лжи. Здесь я не видел тяжелых снов, здесь по ночам меня не мучили военные кошмары, а моя нога, как и перебранный мотор, почти не подводила меня.
Значит, здесь я и останусь. Я освободил фок, и «Сикоракс» нырнула носом, пока делала поворот, а Вики вцепилась когтями в дрожащие листки письма Анжелы. Я поднял кошку и почесывал ей шейку, пока «Сикоракс» не поймала ветер и не поплыла вперед.
— Теперь, когда мы приехали, — сказал я, обращаясь к Вики, — куда мы отправимся?