Качели Отшельника

– Знаю, – коротко ответил Вирт.
– Да, это вы зря, – сказала Оза. – Они столько лет развлекали меня.
– М-мм, – замычал Генри и сжал голову руками.
Внизу снова расстилалась ненавистная грязно-зеленая сельва.
Свен вел винтолет на предельной скорости. Надо было скорее добираться до Центральной. Они и так опаздывали на два часа к сеансу связи. Эрли и Ник сейчас думают черт знает что.
– Что же здесь все-таки произошло? – спросил Генри. У него язык не поворачивался называть ее Сеоной.
– Я этого не знаю. Это было еще до меня. Но Стап рассказывал, что была буря. Страшная буря. И сельва прорвалась к нам. Их тогда на базе было четверо. Пилот Юргенс погиб сразу. Они даже не могли вытащить из вин-толета его останки. Потом умерла Оза, – при этих словах Генри сжался в комок. – Выл еще один человек. Его звали Вытчек, но я его тоже не помню. Он сказал, что тело Озы будет похоронено по-человечески, что ползунам до него не добраться. И они похоронили ее. Только после этого Вытчек уже не вернулся. Стап не смог сдержать ползунов. И мы остались вдвоем. Потом ушел и Стап. Он хотел прорваться к Центральной. Лучше бы он ушел зимой. А он ушел в самый разгар лета, когда солнце уже полгода не заходило за горизонт.
– Опять солнце, – прошептал Генри.
– Возьми себя в руки, – тихо сказал ему Свен.
– Да, солнце…
Через минуту Свен сказал Генри:
– Между прочим, солнце за эти четыре с половиной часа действительно не сдвинулось с места ни на йоту.
– И ты тоже, – устало прошептал Генри. – Но у тебя-то на это нет причин.
– Можешь убедиться сам.
Но Генри не сдвинулся с места, только крепче прижал к себе Озу.
– Как приятно тепло человеческого тела, – сказала она.
Винтолет приближался к полупрозрачной пелене воздуха.