Честь и верность

Фрейзер отрицательно покачал головой:
— Сожалею, лейтенант. Об этом не может быть и речи. Я должен знать, что мой исполнительный офицер — это человек, на которого всегда и во всем можно положиться. Тот, кому мои мысли известны порой лучше, чем мне самому. Да, вы сильно изменились, но все же я не могу доверять вам так, как вы это, несомненно, заслуживаете.
Дювалье выглядел крайне огорченным:
— Что ж, ничего не поделаешь. Надеюсь, вы сумеете подобрать подходящую кандидатуру.
— Такой человек есть, лейтенант. Комендант дал мне понять, что поддержит мое прошение относительно Тору Ватанаки. Он и станет моим новым исполнительным офицером.
— Ватанака — хороший человек, — проговорил Дювалье и, отдав честь, пошел прочь.
Фрейзер проводил француза взглядом. «О тебе, Энтони, тоже можно сказать так», — подумал он.
Начав новую жизнь в другом подразделении, Дювалье найдет свою дорогу в жизни. Он обладает всеми качествами первоклассного офицера Легиона. Возможно, когда-нибудь они еще послужат вместе.