Вверх по лестнице, ведущей вниз
Верный ученик.
* * *Вы задаете слишком много уроков на дом, но мне все равно, потому что я их и так не готовлю. На этот раз я пишу в самый последний раз.
Ястреб.
* * *Мне нравится, что вы умная. В хорошем смысле. Мне хотелось бы остаться у вас, но я должен покинуть вас и идти работать и поэтому искренне прощаюсь с вами.
Убывающий.
* * *Если бы другие учителя были бы молодые и привлекательные, как вы, им было бы незачем бегать и подсматривать за влюбленными парочками, портить им жизнь. А из-за этих подсмотрщиков трудно обучиться просвещению.
Линда Розен.
* * *Будем по понедельникам заниматься только устным, по вторникам и четвергам – тоже. Когда выступаешь перед толпой, перестаешь стесняться.
Марк Антоний.
* * *Предлагаю, чтобы было больше тихих классов, потому что я люблю спать во время уроков.
Отшельник.
* * *В понедельник, какого черта! Кто мы по-вашему – ораторы?
Разочарованный.
* * *Нехватка туалетных комнат – катастрофа для человечества. Большая уборная в центре школы была бы большой поддержкой для всех заинтересованных.
Второклассник.
* * *Не будьте такой доброй – этим пользуются. Например, когда я не приготовил домашнее задание, вы мне позволили сделать это на следующий день. Я сразу почувствовал себя пупом земли и написал все наскоро перед самым уходом. С кем-нибудь могло получиться еще хуже для вас. Но не принимайте близко к сердцу.
Мистер Икс
* * *Я быстро теряю в весе, глядя, какая вы тоненькая в вашем красном костюме и в других нарядах. Вы красивее моей сестры. Вы пример для меня. (Вы заметили, что я теперь забираю волосы назад, раз вы сказали, что вам так нравится.)
Вивиан Пейн.
* * *Мое убежденное мнение, что вы очень квалифицированная. Каким бы нудным ни был урок, у вас он всегда интересный. Желаю вам продолжать ваше приятное и просветительное преподавание.
Гарри А. Каган,
избранник учеников.
* * *Я даже не из вашего класса, но все равно привет.
Доктор Бен Кэйси.
* * *Когда вы меня вызываете, не вызывайте меня тогда, когда я не знаю. Я тогда выгляжу дураком перед всем классом. Других вы всегда вызываете, когда они могут ответить.
Эдуард Уильямс.
* * *Я только выгляжу взрослым. На самом деле наоборот.
Мура-Вей.
* * *Я должен честно и искренне сказать, что мне не понравилась книга Ю. Цезарь (У. Шекс.). В ней есть отдельные хорошие места, но как-то она меня не привлекает. Я предлагаю Ю. Цезарю больше юмора, а так очень грустно.
Ученик, разочарованный в Шекспире.
* * *Мисс П-лд влюблена в Б-ба, а мисс Б-т мисс Ф-ч в мистера Б-ра и Алиса Б. тоже.
Угадайте кто?
* * *Вы на самом деле довели меня до самой глубины Юлия Цезаря.
Стоящий.
* * *Мы за вас на 95%. Не расстраивайтесь.
Почему это д-р Бестер любезный и совсем не такой в классе, как у себя в кабинете. Он хороший учитель, а этого не скажешь, глядя на него.
Лентяйка Мэри.
* * *Не следует разрешать непристойные поступки в читальне.
Без подписи.
* * *Я еще никогда в жизни не встречала такого чуткого человека, как вы, и такой хорошей учительницы. И это включает другие предметы. Это не просто слова. Они идут от сердца.
Кэрол Бланка.
* * *Учителя губят Америку.
Ноль.
ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ
41. Любите ли вы индейку
Суббота, 21 ноября
Дорогая Эллен!
Вчера был денек, который запомнится. Была проиграна вся гамма, я получила, говоря педагогическим языком, «полный спектр переживаний». Утром я оказалась в самом центре бунта в ученической столовой – бунта, который сама, можно сказать, спровоцировала, а вечером танцевала в спортивном зале с теми же ребятами, что бунтовали несколькими часами раньше.
Это началось в классе, где я веду язык и литературу. Несколько учеников пришли на урок прямо после обеда, и я услышала их жалобы на ученическую столовую. Сейчас у нас по программе деловая переписка. А почему бы не предложить темой очередного письма «Жалобу в Совет по образованию на плохую работу ученической столовой»? Мы обсудили такое письмо, и я почувствовала, что открыла отдушину для давно сдерживаемого раздражения: «Попробуй проглоти обед за двадцать минут, когда тебя уже ждут», «Повернуться негде…», «Друг друга не слышно», «Дрянная еда», «Будто мы не люди, а скотина!».
Потом я пошла выпить кофе через ученическую столовую. Дежурного на месте не было. Все помещение забито ребятами, половина стоит, душно, шумно, грязно – горой лежат побывавшие в употреблении подносы, бутылки от кока-колы, картонные стаканчики, бумажные пакеты, конфетные обертки. Под плакатом «Не разговаривать», прислонившись к стене, стоял Джо Фероне.
– Спустились в трущобы? – осведомился он.
– Да, стульев у вас здесь маловато, – зачем-то сказала я.
– А в учительском буфете их полным-полно, – сказал Джо. (И правда, в это время там обычно бывает всего несколько человек.) – Считается, что мы не хуже вас. Можно нам притащить несколько стульев оттуда?
– Пожалуйста, – ответила я. – Только потом обязательно отнесите их на место. Попроси кого-нибудь помочь тебе…
Не успела я договорить, как бешеная ватага ринулась в учительский буфет, мальчишки толкались, кричали, тянули стулья во все стороны, размахивали ими над головой, вырывали друг у друга, вопили…
Вдруг раздался свист – появился сам Адмирал.
– Тихо! Я требую полной тишины! – Он был в бешенстве. – Прекратить все разговоры! Кто посмеет открыть рот, будет иметь дело со мной. Чтобы я больше не слышал ни звука.
Они подчиняются. Прекращаются все разговоры. Ни звука. И потом медленно, методично, в напряженном молчании они как по команде начинают бить тарелки, бутылки, бросать книги, подносы, бутерброды. Представь себе эту бунтующую банду, топот ног, звон стекла и беспомощный свист Макхаби!
Зрелище было необычным и пугающим. Кто позвал полицейских, откуда они взялись, не знаю – но стоило им появиться, как вместо разъяренной банды передо мной оказались ребята, медленно отступившие на свои места в том же угрюмом молчании.
– Боюсь, не моя ли это вина, мистер Макхаби, – начала я.
– А чья же еще, черт возьми?! Я предупреждал вас. Я знал, к чему ведут ящики пожеланий и разговоры по душам. Вы мне не верили? Теперь, может быть, поверите.
Потом полетели циркуляры, распоряжения, указания: «предусматриваемые наказания», «твердые меры», «фамилия и имя каждого ученика, находившегося в учительской столовой», «уродливое проявление», «в целях предотвращения подобных инцидентов в будущем» вместе с неизменным «до моего сведения дошло».
А насмешливые глаза Фероне, казалось, все время следили за мной…
Я попыталась выяснить, почему нельзя улучшить работу столовой: претензии ребят были совершенно справедливы. И почему нельзя им питаться вне школы? И вновь я обратилась к своему верному источнику – самим ребятам. Вот несколько их ответов:
* * *Один семестр нам разрешили ходить в закусочную напротив и в магазинчик на углу. Но мы слишком нарушали общественный порядок и мешали спокойно есть другим посетителям. Поэтому разрешение отменили.
