Чудо для мадонны

— Он расстегнул застежку колье, целуя меня в шею и сказал: «Ты слишком прекрасна, чтобы нуждаться в украшении, даже в таком изысканном, как это колье, изготовленное моими соотечественниками».
При этих словах Дженни слегка вздохнула.
— Я не особенно следила за тем, что он говорит. Взяла колье из его рук и положила в футляр. Я хотела, чтобы он думал обо мне и разговаривал со мной.
— Ты совершенно уверена, что положила его именно в футляр?
— Абсолютно уверена. Я тщательно уложила его, ведь это такая драгоценность, что я всегда боялась сломать его. Артур очень рассердился бы.
Она всхлипнула.
— Что мне теперь делать? Артур будет в ярости! Я ведь не смогу сказать, что Антонио похитил его из моей спальни?
Сжимая руки, она воскликнула:
— О, Инграм, помоги мне! Спаси меня! Если Артур узнает о том, что случилось, он меня убьет!
— Он не должен узнать, — ответил лорд Миер, — и прежде всего нужно потребовать от князя объяснений.
— Ты полагаешь, я об этом не подумала? Полчаса назад я позвонила в итальянское посольство, где он остановился. Наверное, это было неблагоразумно, но я была в таком отчаянии, что мне казалось необходимым связаться с ним немедленно.
— И что же?
Ответ было предугадать нетрудно.
— Мне сообщили, что князь Антонио ди Соджино отбыл в Италию сегодня в восемь часов утра!
Ее голос дрогнул, и она закрыла лицо руками, чтобы скрыть слезы.
Лорд Миер сидел совершенно неподвижно. Через минуту он заговорил:
— Не плачь, Дженни. Я найду выход, если только ты поклянешься на Библии, что никто другой не мог похитить колье. Например, ты не думаешь, что после ухода князя в твою спальню мог проникнуть грабитель?
— Разве что у него были крылья и он влетел в окно. Я сама выпустила Антонио через садовую калитку. Мы спустились по боковой лестнице, ты знаешь, какую я имею в виду, а выйдя из спальни, я заперла дверь и взяла ключ с собой.
— Почему ты это сделала?
— Не знаю. Наверное, боялась, что горничная зайдет раньше, чем я успею прибрать одежду, разбросанную по полу, и привести в порядок постель.
Дженни снова зарделась и опустила глаза.
— Как видишь, никто не мог войти в спальню, потому что ключ был у меня.
— Но как ты могла не заметить, что он взял колье?
— Когда он разбудил меня и сказал, что уходит, он уже был одет. Я заторопилась; вот-вот должны были встать слуги.
— Значит, когда ты спала, он легко мог положить колье к себе в карман.
— Конечно. Я и не вспомнила о нем, пока Роза не открыла футляр…
Дженни снова всхлипнула.
— О, Инграм! Подумать только, что вернулся бы Артур через две недели и попросил меня надеть колье, а я обнаружила бы, что футляр пуст!
— Полагаю, князь на это и рассчитывал. Ему не повезло, что ты обнаружила пропажу так скоро.
— Колье пропало! Что же мне делать? — взмолилась Дженни. — Ты же знаешь, как радовался Артур, подарив мне такую редкость! И я знаю, что оно очень, очень дорого стоит.
— В том, что оно стоит дорого, я не сомневаюсь.
— И это не может быть грабитель, ведь ничего больше не пропало!
Маркиза замолчала, а ее брат переспросил:
— Это точно? Ты все проверила, и ничего не исчезло?
— Нет, ничего. Браслет с алмазом, кольцо, серьги — они все на туалетном столике.
— Только колье, — задумчиво произнес лорд Миер.
— Только колье, — подтвердила Дженни. — Колье, которого Артур никогда не забудет. О, Инграм, подумай, какие пойдут сплетни, если он потребует развода. Но даже если дело не дойдет до развода, я уверена, что муж перестанет разговаривать со мной, настолько уязвленным он себя почувствует.
Слезы текли по ее щекам, она была не в состоянии сдержать их.
Лорд Миер поднялся с кресла.
— Я могу сделать только одно.
— Что именно? — спросила Дженни упавшим голосом.
— Отправиться во Флоренцию и разузнать, что же на самом деле произошло. Если этот проклятый итальянец украл твое колье, я или выкраду его у него, или каким-нибудь образом заставлю его вернуть драгоценность.
— О, Инграм, ты действительно сделаешь это? Дженни вскочила со стула и обняла брата.
— Только ты в состоянии спасти меня! Ах, дорогой, дорогой Инграм, ты так умен! Если кто-нибудь в целом мире и может заполучить мое колье обратно, так это ты!
Лорд Миер поцеловал ее в щеку, а потом спросил:
— А теперь послушай, Дженни. Я полагаю, ты можешь доверять своей горничной?
— Роза обожает меня, она всегда была мне преданна и служит у меня уже десять лет.
— Очень хорошо, возьми с нее клятву хранить все в тайне.
— Я уже это сделала. Она знает, как рассердится Артур, если обнаружит пропажу. Она сделает все, чтобы помочь мне.
— Очень хорошо. Когда Артур возвратится, ты ни на мгновение не должна дать ему повод заподозрить, что чем-то обеспокоена или чего-то боишься.
Когда он произносил эти слова, напряженно обдумывая их, между его бровями залегла глубокая складка. Потом он продолжил:
— Мужья и жены инстинктивно понимают друг друга, даже угадывают мысли супруга. Что бы ты ни делала, ты ни в коем случае не должна дать Артуру такой возможности.
Дженни слегка вскрикнула от ужаса.
— Нет, конечно, нет!
— Вот и хорошо. Веди себя как любящая жена, которая радуется, что муж вернулся домой, потому что ей было одиноко без него.
Он помолчал, потом добавил:
— Все женщины умеют играть, когда хотят. И если ты дорожишь своей репутацией и добрым именем, Дженни, ты должна на этот раз сыграть так хорошо, как никогда раньше!
— Я попытаюсь, изо всех сил попытаюсь, но я боюсь: вдруг у меня не получится!
— Не беспокойся, в самом худшем случае нам придется самим взломать сейф и заявить, что кто-то тайком проник в дом и обокрал вас. Но надо ухитриться это сделать так искусно, чтобы полиция не догадалась, кто бы это мог быть.
— Полиция?! — пробормотала Дженни, запинаясь. Она так побледнела, что брат поспешил добавить:
— Мы обратимся в полицию только в крайнем случае. Это вызовет осложнения. Тебе ведь не захочется говорить, что ты была с князем, когда надевала колье в последний раз. Значит, придется придумать, по какому случаю ты могла бы его надеть. Например, на светский раут.
— О, Инграм, сможем ли мы разделаться с этим? Ты знаешь, куда бы я ни пошла, все всегда говорили, что это колье — самая красивая вещь, какую им приходилось видеть!
— Я знаю, — произнес лорд Миер с раздражением. — Нам придется придумать что-нибудь и на тот случай, если я не сумею вернуть его.
— Нет, я верю, ты добудешь его! Я знаю, какой ты умный, какие сложные задачи тебе приходилось решать. Конечно, ты никогда не говоришь об этом, но муж моей подруги Айлин работает в министерстве иностранных дел. Он рассказывал, как гам все восхищаются тобой. Тебе удается прямо-таки чудеса творить, когда наши послы пасуют.
— Твоей подруге лучше бы не болтать о таких вещах! — резко заметил лорд Миер.
— Однако я уверена, это правда! И ты, мой дорогой, мой удивительный Инграм, сумеешь спасти меня. Разве я значу для тебя не больше, чем любой из этих королей и королев, которым тебе приходилось помогать?
— Думаю, что они, во всяком случае, так не считают! Но, конечно, я постараюсь сделать все, что в моих силах, Дженни. Когда я уеду во Флоренцию, молись, чтобы мне удалось найти и вернуть колье.
— Конечно, я буду непрестанно молиться! И если ты и вправду вернешь колье, я пожертвую, сколько только смогу, святому Антонию или любому другому святому, который помогает тем, у кого похитили их собственность.
Лорд Миер рассмеялся.
— Нам, несомненно, понадобится поддержка этих святых, — сказал он. — Если князь украл твое колье, на это должна быть очень веская причина. Я совершенно уверен, что князь не признается в этом, если только не прижать его основательно.
Когда сестра удалилась, осыпав его благодарностями и заверениями, что ее счастье в его руках, лорд Миер вызвал своего секретаря и велел мистеру Бэррингтону заняться приготовлениями к отъезду, отменив все деловые встречи, назначенные на ближайшие ДНИ.