Невинно осужденный

– Очень мило с твоей стороны, – комически раскланялся Вагамец. – Я несколько иного мнения о положении вещей, а потому и не соглашаюсь на твои заманчивые условия. Однако, довольно толковать! – серьезно начал негодяй. – Не желая подвергать опасности себя и друзей, я придумал способ, как можно обезоружить тебя! Иди сюда, Джан!
Он подозвал к себе одного из преступников, и что-то прошептал ему на ухо.
Негодяй ухмыльнулся и направился в угол, где были сложены веревки, поленья, какие-то железные палки и тому подобный хлам.
В это время Картер заметил лестницу, ведшую к потолку и понял, что там-то и был потайной выход.
В голове сыщика мелькнула смелая мысль – спастись через этот выход, так как путь к двери был отрезан. Кроме того, Картер приметил, что свет давала одна электрическая лампочка, спускавшаяся с потолка.
Внезапно Ник поднял правую руку кверху, раздался выстрел и комната погрузилась во тьму.
Картер разбил лампочку одним из своих мастерских выстрелов.
Поднялась суматоха, раздались проклятья, крики, словом – настоящее столпотворение.
После выстрела Ник отскочил в сторону, пробрался по стене до лестницы и быстро вбежал по ступеням вверх. Открыв задвижку, он тщетно пытался приподнять дверь; только когда он попробовал отодвинуть ее в сторону, старания его увенчались успехом. Как раз в эту минуту над головой его раздались шаги, кто-то, не заметив образовавшегося отверстия, свалился вниз и вслед за этим раздались стоны и проклятия.
Сыщик быстро выскочил в люк и при свете зажженного кем-то из шайки фонаря увидел, что на полу лежал... настоящий Петр.
Очевидно, он прошел потайным ходом и не заметив в темноте, что люк открыт, свалился и сильно расшибся.
Большинство из шайки, приняв упавшего за Ника Картера, кинулись на него и, несомненно, добили бы несчастного, если бы с потолка не донесся до них хохот сыщика.
Негодяи подняли головы кверху и впились глазами в направленные на них дула револьверов.
– Первый, кто поднимет руку или ступит хоть один шаг, будет застрелен! – прогремел Картер.
Никто не решился ослушаться, так как все хорошо знали, что Картер не шутит.
Внезапно за спиной сыщика раздались шаги, на полу промелькнули "зайчики" потайного фонаря и хорошо знакомый голос спросил:
– Ник, где Петр?
– Там, внизу, – ответил Картер. – Ты его загнал в его собственную берлогу.
– Очень жаль, – заметил Дик. – Мы хотели исполнить твое приказание и арестовать его, но это оказалось невозможным и мы ограничились тем, что не спускали с него глаз. Как мы и предполагали, он вернулся туда, откуда вышел. Где мы сейчас? В заднем помещении пивной?
– Ты угадал, – дал ответ сыщик. – А там, внизу, вся шайка, за исключением двух, А где же Патси?
– А он обходит кругом здание вместе с отрядом полисменов. А, да вот и они!
Дик был прав, среди "мраморных статуй", как он в насмешку назвал преступников, начался переполох. Открылась дверь и в комнату ворвался Патси с полисменами. Через четверть часа вся шайка была уже повязана и отправлена в полицию, где и размещена в одиночных камерах.
* * *
На следующий день Картер зашел к своему другу Мак-Глусски.
– А, Ник! – радостно встретил его инспектор полиции. – Ты уже опять покрыл себя славой?
– Я недоволен собой, – ответил Ник Картер, – потому что все-таки не выяснил одного обстоятельства.
– Да, – усмехнулся Мак-Глусски, – это с тобой редко случается. Можешь взять сигару, если расскажешь, в чем дело.
– Давай, – коротко произнес Картер и, выпустив несколько клубов дыма, начал:
– Я не могу понять, куда делся кучер Бункер? Знаю только, что между членами арестованной шайки его нет.
– А, кстати, – перебил своего друга Мак-Глусски, – я теперь вспомнил, что один из моих сыщиков сделал снимок мисс Товэр при ее аресте в экипаже, при этом на фотографию попал, кажется, и кучер. Вот, посмотри!
Сыщик долго разглядывал фотографию в увеличительное стекло и наконец радостно произнес:
– Я его нашел.
– Кого? – удивился Мак-Глусски.
– Бункера, кучера, – ответил Картер.
– Да где же? – нетерпеливо спросил Мак-Глусски.
– Здесь, на фотографии. – Надо тебе сказать, что я раньше никогда не видел кучера, но теперь я его узнал, несмотря на переодеванье. Вагамец, он же Вестон, был своим собственным кучером.
Мак-Глусски до того изумился, что вставил себе сигару горящим концом в рот.
– Теперь мне все ясно, – продолжал после паузы Ник. – Сидя на козлах, Вагамец мог гипнотизировать девушку все время и только ее отцу удалось освободить ее от власти негодяя.
– А что теперь с ним и дочерью? – спросил инспектор, закуривая новую сигару.
– На будущей неделе мисс Лилиан выходит замуж за Филиппа Шервуда, а затем они все вместе уезжают в Калифорнию; денег у них теперь достаточно.
С этими словами сыщик вышел из полицейского управления и направился в ювелирный магазин Тифани, чтобы купить дочери бывшего арестанта свадебный подарок. Собственно говоря, это было лишнее, потому что Картер подарил девушке гораздо большее: свободу, честь, отца, жениха и состояние!