Стреляющий компромат

Уснули Димка и Людка поздно. Женщина положила голову на мускулистую мужскую грудь, обхватила руками. Будто боится — сбежит.
Они не знали, что Чудин, получив у Николая мещочек с дискетами — естественно, пустыми — торопится в хату на Речной улице. Его подгоняет не любовь — желание похвастать перед девушкой своими успехами, еще раз пофантазировать по поводу получения огромных денег и будущей безбедной жизни на берегах Амура.
Утомленных любовников разбудила разбудила загоревшаяся под потолком лампочка.
На пороге застыл, не веря своим глазам, Валерка.
— Ты?… Людка…
Изменница спрыгнула с кровати, набросила на обнаженное тело димкину рубашку. Сам Димка никак не мог проснуться, тер глаза, отчаянно зевал.
По всем законам «жанра» Чудин должен выхватить пистолет и расстрелять неверную девицу и предателя. Но, во первых, оружия у него не было, во вторых, вряд ли компьюторщик решился бы стрелять в человека.
— Прости, Валерик, но я люблю Диму…
— А меня? — послышался от дверей дрожащий от негодования голос Егора Артемовича. — А как же быть со мной, грязная потаскуха? Я сейчас тебя пополам…
Договорить Молвин не успел — сразу из двух окон грянули автоматные очереди.
В горницу вошли двое — Николаев и Паршин. Босс рещил лично убедиться в успехе операции. Стараясь не наследить, не наступить на кровавые пятна на полу, он осмотрел трупы девицы, сыщика и Чудина, наклонился над телом двоюродного брата.
Распрямиться не успел — выполняя приказ Шютцера, Паршин выстрелил ему в голову.
Подполковник из угрозыска в свою очередь разрядил пистолет в спину офицера госбезопасности, который тоже слишком много знал…
Появился фотограф — снял убитых, лужи крови, перевернутую мебель. В кадры, конечно, не попали боевики Николаева, сыщики и оперативники — засвечиваться им даже с помощью родного фотографа слишком опасно.
На следующий день по всем направлениям отправлены донесения, от которых так и пышет горделивостью, ожиданием несомненных премий и наград.
Ликвидировано очередное бандформирование. Повязать преступников не удалось — оказали ожесточенное сопротивление. Пришлось применить оружие. Во время кратковременной перестрелки погибли сотрудник ФСБ майор Серафим Паршин и сотрудник уголовного розыска Дмитрий Груздев. Они до конца выполнили свой долг перед новой Россией.
Группу преступников возглавлял скрывающийся под маской бизнесмена и банкира некий Сергей Николаев. Попытки вять его живым не увенчались успехом…
Шютцер удовлетворенно потирал руки, еще и еще раз вчитывался в строчки компромата. Его талантливый агент Николай Николаевич, получив солидный гонорар, улетел к своей семье в Испанию. До следующего вызова.
Дядя Федор выписался из больницы и в сопровождении единственного племянника возвратился в свою хатенку. Перебираться в город категорически отказался.
Юрка вместе с женой уехал из Тихорецка, поселился под Рязанью у дальних родственников по материнской линии. Подтолкнула его к этому решению Таська, которая так окончательно и не вылечилась — и днем, и, особенно, по ночам мерещились ей мордатые насильники.
Вертаев затерялся на Урале.
Кудрин, помощник Чегодина, вместе с семьей сумел избегнуть бандитской расправы, переехал в Ярославль…
Задыхаясь от напряжения, спотыкаясь о кочки реформ, пытаясь сохранить хотя бы остатки недавнего могущества, больная, ограбленная, униженная Россия ковыляла к новому тысячелетию…