Индиана Джонс и Храм Судьбы
Инди был немного опечален потерей двух священных камней. Ведь они уже попали к нему в руки! Однако хотя бы один покуда оставался в его распоряжении. К тому же, сделать главное — освободить детей — ему удалось. И зловещему культу Удушения, похоже, действительно пришел конец.
Два дня спустя первую группу детишек доставили в Майапор. Индиана и его спутники снова шагали по пыльной улице через поселок, в сопровождении вернувшихся детей, и изумлялись произошедшей вокруг перемене. Местность, некогда представшая им, неузнаваемо преобразилась. Над чистыми полноводными ручьями зеленели деревья и холмы, распускались цветы. Крестьяне вспахивали поля. В самой деревне вовсю шло строительство. Селяне с небывалым энтузиазмом принялись улучшать и украшать свой быт.
При виде вернувшихся детей вся деревня наполнилась радостными криками. Селяне бросали свои дела и бросались встречать сыновей и дочерей, истосковавшихся по родному дому. Слезы, смех, приветствия, первые сбивчивые рассказы...
Старый шаман приблизился к Индиане, дотронулся ладонью до лба и поклонился. Путешественники также поприветствовали его в ответ.
— Мы знали, что вы возвращаетесь с победой, — растроганно произнес шаман, обводя рукой вокруг. — Потому что жизнь вернулась в нашу деревню.
— Мне никогда не приходилось видеть подобного чуда, — поддержала его Уилли, убедившаяся воочию, что чудеса не только могутслучаться, но и действительно порой случаются.
—Теперь вы убедились в магической силе камня, который принесли с собой, — улыбнулся шаман.
— Да, я убедился, — ответил Инди, вынимая из кармана камень, завернутый в обрывок древнего холста с письменами.
Шаман почтительно принял у Инди камень, вновь поклонился им и направился в сопровождения других старейшин к святилищу. Инди, Уилли и Коротышка остались наблюдать за всем издали. Шаман подошел к каменной глыбе с вырубленным в ней небольшим алтарем, установил святыню в предназначенной для нее нише и произнес слова молитвы.
Коротышка куда-то исчез. Уилли, оставшись наедине с Джонсом, проговорила:
— Ты мог бы оставить камень у себя.
— Зачем? — пожал плечами он. — Его бы выставили в музее, пылиться среди других камней...
— Он принес бы тебе желанное богатство и славу.
— Путь до Дели неблизкий, — усмехнулся он. — Кто знает, что еще может произойти...
— Нет уж, спасибо, — взглянула она на него, как на сумасшедшего. — Лично с меня приключений довольно.
— Детка, неужели после всех наших совместных развлечений...
Конец фразы Уилли уже не расслышала. Внутри у нее, заполняя грудь и голову, разрасталось листовое облако гнева. Он что, рехнулся?! Они уцелели по чистой случайности. Неужели ему этого мало?! Уилли заговорила с возмущением:
— Если ты думаешь, что после всего, что ты мне устроил, я отправлюсь с тобой в Дели или еще куда бы то ни было, то ты ошибаешься, черт бы тебя побрал! Я возвращаюсь домой, в Миссури, где никто не станет кормить меня змеей, чтобы потом живьем вырвать сердце и опустить в огненную яму! Мое место там! Хватит с меня похождений! Не желаю... — она осеклась, развернулась, подошла к первому попавшемуся селянину и обратилась к нему: — Извините, мне нужен проводник, чтобы добраться до Дели. Я уже чудесно научилась ездить на слонах...
Вокруг талии Уилли мягко обвился бич, и она оказалась в объятиях Инди. Посопротивлявшись для приличия, девушка решила, что с судьбой спорить бесполезно: все было предопределено с того самого момента, когда Джонс вошел в ночной клуб и глаза их встретились. Она обняла его, и они слились в поцелуе — нежном, ласковом, радостном, теплом, словно летний дождь.
Тут и вправду хлынул дождь. Точнее, что-то вроде короткого теплого душа. Они оторвались друг от друга и оглянулись. Их взглядам предстал Коротышка на слоненке, который готовился обдать их новой струей из хобота. Паренек радостно хохотал. Инди и Уилли тоже от души рассмеялись. Слоненок трубил, весело мотая головой.
— Очень смешно, — выдавил сквозь смех Коротышка. — Отличная шутка!
В конце концов они все-таки доехали до Америки. Но это уже совсем другая история.