Черный Ярл
— Та-ак, сейчас мы этого графомана разоблачим…
Началась жесточайшая и безжалостная разборка и критика, в результате которой выяснилось, что у Valle без женщин окончательно съехала крыша, а эти якобы преобразования — вообще бред пьяного гнома. А также, что напрасно ему поставили зачет по теории магии, потому, что только окончательно выживший из ума гоблин может так варварски… и так далее.
Волшебница безжалостно черкала своим красным пером, ярл яростно сражался и спорил по каждому поводу. Грудью вставал на защиту формул и уравнений.
— Подождите, — прервала их Айне. — Я не согласна…
Разобравшись в чересполосице алых маминых и черных ярловых надписей, вставила в одну строку зеленую руну. Кивнула и отхлебнула морса. Перепалка сразу же возобновилась с прежней силой.
Когда Аэлирне, раз десять вернувшись к середине или почти к началу, таки добралась до последнего листа, за окнами уже разгорелось позднее зимнее утро.
— Вообще-то, мам, это достаточно безумно, чтобы оказаться правдой, — заметила Айне, и поставила на пол еще один кувшинчик из-под сока.
— А ведь ты права, дочь наша. — устало ответила мама. — Теперь понятно, почему.
— Почему что? — живо отозвался дочь.
— Мы все сумасшедшие, если нас тянет к этому некроманту. Значит, потому, что он тоже сумасшедший.
— Типично женская логика, — хмыкнул ничуть не обидевшийся ярл, лежа с другой стороны.
— Ладно. Айне, сколько тебе надо, чтобы привести эту третью главу в более или менее читабельный вид?
— Пару дней. Нет, лучше три.
— Тогда, дорогой, — Аэлирне повернула голову к ярлу, — ты заслужил аж три дня отдыха. Иди в свой домик Цветочных Эльфов и отдыхай.
Айне неприлично захохотала и упорхнула подальше.
Хронос устало потянулся и уселся прямо на спину Козерога.
— Ну давай, ученичек. Показывай, чего ты там наизобретал с этими Дану. Мне тут Андромеда уже все уши прожужжала.
Valle пожал плечами и положил на ладонь бога Времени толстую новенькую книгу «Магия пространства-времени». Тот накрыл ее своей второй рукой, задумался. Потом повернулся к сияющему Мосту Богов, несколько мигов что-то там изучал. Затем снова посмотрел на черный фолиант в своих ладонях. Чуть заметно, одними глазами улыбнулся.
— Ну что ж, малыш… когда-нибудь из вас будут неплохие боги.