Чистильщики

Но ничего, нормальная оказалась реакция у президента. Даже заинтересованная, давшая перевести дух заместителю и успокоившая остальных:
– Давай проедем…
Трофимов привез кавалькаду с будущим подзащитным… на кладбище. Мимо надгробий из останков самолетов и морских катеров провел всех на современную, недавно открывшуюся аллею, где под роскошными мраморными плитами нашли упокоение самые «крутые» городские авторитеты, «братки» и бизнесмены, убранные конкурентами. С фотографий на пришедших смотрели молодые, все как один улыбающиеся и некогда наверняка довольные жизнью парни.
– Я понял, – отреагировал Богданович. Провел взглядом по фамилиям многих знакомых ему людей, которых не смогли защитить ни миллионы, ни слава и авторитет в уголовном мире. До некоторых плит даже дотронулся рукой. – Увеличиваю ставку вдвое против того, что намеревался дать вначале.
… Первую неделю Юрий Викторович откровенно любовался профессиональной работой телохранителя. Не забывая подхваливать и себя за дальновидность и сдержанность.
Начал Трофимов с секретарши, пересадив ее не так, как ей удобно – вдали у окошка, – а чтобы находилась рядом с дверью начальника. Не защита, конечно, но дополнительное препятствие в случае чего. Затем проверил чердак здания, вылез на крышу. Сбил с нее скобы, зацепившись за которые можно было спуститься к окну шефа на лагах. Лично забрался в канализационный люк, расположенный во дворе офиса, вычертил схему подземных коммуникаций. Закрыл и опломбировал его.
Уж неизвестно под каким предлогом, но посетил в доме напротив все квартиры, из окон которых могли дотянуться до офиса взгляд или выстрел. Установил камеру наблюдения у входа в здание и вывел экран в приемную, обязав секретаршу следить и за ним. Та взвыла, но негромко: благосклонность шефа к новичку пугала, но заставляла подчиняться.
А Трофимов шел все дальше и дальше, вплоть до того, что уговорил Юрия Викторовича купить вторую личную машину с затемненными стеклами. И теперь с работы, деловых переговоров или дружеских вечеринок автомобили выезжали одновременно, разъезжаясь в разные стороны на первом же перекрестке. А когда телохранитель составил списки самых «крутых» в городе, а затем съездил в милицию и представился начальнику отделения, – это вначале удивило, но потом понравилось Богдановичу.
– Откуда навык? – не смог он скрыть своего удовлетворения.
– Иду от обратного: что и как делал бы сам, задумав или получив заказ убрать вас.
– Не глубоко ли берем? Не такая уж я персона, – подразумевая обратное, попытался покрасоваться Богданович.
– Опасность желательно прогнозировать и по возможности отдавать ее милиции, а не подставляться героически под нее самим, – мягко возразил Максим.
– Разумно.
– А теперь я хотел бы услышать от вас о всех возможных недоброжелателях – по коммерции и в личной жизни.
– Таких вроде не осталось. Кто был – тот сплыл, – несколько туманно и загадочно усмехнулся президент.
– Есть! – без доли сомнения и на этот раз жестко, категорически не согласился Трофимов. – Вас опять свозить на кладбище?
Были они одногодки, и, не попади в зависимость друг от друга, при определенных обстоятельствах могли бы и дружить, крутить общие дела, ездить в одни сауны и вызывать одних девочек. Но взаимных интересов, кроме защиты тела, пока не находилось. Да и не испытывали в том особой нужды, потому и старались держать ту дистанцию, которая установилась в самом начале: один платит другому до тех пор, пока жив. Поэтому безопасность охраняемого выгодна обоим.
Подобный расклад проверился достаточно скоро. Заподозрив что-то неладное после одной из вечеринок, Трофимов пустую машину отправил по домашнему адресу шефа, а тому предложил переночевать у себя.
– На товарища Сталина тоже покушались, – в задумчивости произнес подвыпивший, расслабившийся Богданович. Поездка на кладбище все же подзабылась, вокруг его персоны не происходило ничего опасного, что оправдывало бы высочайший гонорар телохранителю, а в офисе шептались о вышедшем на первые роли новичке все громче и нелицеприятнее. – Правда, потом выяснилось, что это были инсценировки товарища Берии, желавшего поддержать свой авторитет.
Сказал и посмотрел в зеркальце, где в узкой блестящей полоске отражались глядящие вперед глаза охранника. После этих слов они сузились, но, верный себе, Трофимов от комментариев воздержался, лишь посмотрел на часы:
– Извините, моя служба у вас на этом закончилась. Остановитесь, пожалуйста, – вежливый на словах, тем не менее сжал колено водителю так, что тот, если бы и хотел двигаться дальше, не смог бы пошевелить ногой. – А вам счастливо добраться, – в зеркальце, не обернувшись, пожелал Богдановичу.
Тот дернулся на заднем сиденье – что за выпендреж, но потом усмехнулся и даже прикрыл глаза: скатертью дорога. Тот, кто платит, не должен никому.
– Больно уж самоуверен, – осторожно внес свои пять копеек в общее недовольство телохранителем водитель, растирая затекшую ногу.
Но первый и пожалел, что взялся подыграть общественному мнению, когда буквально на следующем светофоре их взяли в «коробочку» две «БМВ». Их водители через приоткрытые окна показали ему и Богдановичу – съезжаем на обочину и останавливаемся. И без шуток.
– Остановись, – согласился вмиг протрезвевший Богданович.
Он еще надеялся на свое имя или, в крайнем случае, на недоразумение. Но пистолет перезарядил и о Трофимове тоже вспомнил: слишком открытым оказываешься, когда никто не сидит на переднем сиденье!
– Хорошая ночь, – начали издалека вышедшие из машин водители. Ясно, центровые-основные остались пока в машине. – А еще лучше беседы при ясной луне. Как насчет поговорить по душам?
Ответить Богданович не успел, хотя, если откровенно, еще не придумал, как вести себя: открывать стрельбу на поражение первому, уходить на скорости или все же выяснить, кто и чего от него хочет. Чуть сзади затормозила «Волга»-такси, из нее вылез… Трофимов. Оценив ситуацию, скрестил руки на груди и остался стоять поодаль.
– Вы что-то о погоде? – смог теперь со вздохом облегчения переспросить Богданович.
Водители уловили перемену в настроении жертвы, безошибочно оглянулись на того, кто придал ей уверенность. Максим чуть покачивался, но не от скуки или нервности, а на всякий случай разминая ноги. Уловить смысл в этом движении телохранителя, а тем более понять и оценить его налетчики не смогли. Традиционно пригрозили:
– Езжай, куда ехал.
– Езжайте, куда ехали, – эхом повторил Трофимов. – И вам ничего не будет.
Если самоуверенные испытывают наслаждение от страха противника, то вывести их из себя можно только наглостью. В другой раз Максим наверняка бы не стал накалять обстановку, а тем более доводить дело до угроз. Но стоявшие перед ним были совершенно незнакомы ему, а их вид и намерения не сулили дружеского пикника на лужайке. Поэтому, чтобы узнать врага, и нужно было идти на сближение – курс молодого бойца в спецназе. Засада всегда опаснее открытого боя, а в капкане и медведь становится не страшнее мышонка.
Но пристальнее всех за развитием событий наблюдал из машины Богданович. За себя почему-то в этот миг он особо не волновался – наверное, потому, что и в самом деле еще ни разу его вот так не останавливали и не угрожали, а «Макаров» с патроном в стволе уверенно тяжелил руку. Зато пришло время проверить в действии свой живой «бронежилет» – Трофимова. Хотя, даже если сейчас выяснится, что в каратистских трюках Белой Звезды содержатся лишь крики «дзя» и его отделают как котлету, – Максим останется в телохранителях. За интуицию. И что не бросил, оказался в нужное время в нужном месте.
– Мы ждем, – не тронулись с места водители, хотя и посмотрели непроизвольно на свои машины, где сидели заказчики встречи, вместо беседы вынужденные теперь наблюдать за перепалкой.
Но снова повторилось эхо, и снова в единственном числе:
– Я жду.
– Что?
Руки в карманы, где наверняка таились более весомые аргументы в споре, опуститься не успели, хотя водители и вознамерились это сделать. Не белой звездой, но черным метеоритом Трофимов пролетел через крышу одной из «БМВ». Сделал в воздухе шпагат – но не ради красоты и цирковых аплодисментов, а чтобы одновременно ударить в челюсти обоих собеседников. Получилось все равно изящно и красиво, а потому неправдоподобно. Даже для Богдановича, который что-то подобное видел в самый первый день знакомства. Но тогда нога телохранителя просвистела у носа, а сейчас водители, мотая головами, пытались встать с обочины. Единственное – теперь ничто не мешало противнику добраться до оружия. И они вновь потянулись за ним в карманы.