Золото эльфов
— И человек становится гномом?
— Эльфом. Он это слово уважал… — Так если все меньше и меньше, так в конце… — Да нет, Бог миловал — есть у энтого дела предел — только сам видел, какой… — И все эти… — Знаешь, в те времена… Hу сам помнишь, как жили… Так вот его, Давида, ученики и придумали — вот эту подземную страну для себя выстроить. И жили в ней как хотели. А сам он — не захотел. Так и умер. Человеком…
Первым Смотрителем… Да только забот ему досталось, конечно, — выше головы… Оно же — млекопитающее, чем размером меньше, так ему и еды подавай на единицу веса все больше… А к тому и просто жизнь нужна, культура… Hе так-же ведь — просто в норах жить… Хотя все-ж таки — свобода… Да еще они и множатся, хоть и потихоньку — детям, опять же, воспитание нужно… Так они поначалу все на поверхность шнырять приноровились — тибрить там что ни поподя, а то и хулюганить — просто так. Они ведь — народец шустрый… Страмота одна… В общем, нелегко свой век скоротал Давид Яковлевич, а я за него — Вторым Смотрителем остался. А вот тебе, Сашка — верно, Третьим быть…
Hу да я дело по-своему поставил. Как я через тебя на торговую линию вышел, у нас тут бо-ольшая культура пошла — да ты сам видел: как люди зажили… А как микросхемы клепать удумали — так королями зажили… Оно, глядишь, лет через сто и вся Земля так заживет — и никаких тебе кризисов. А то все у них, у прорв этих стопудовых кончается — и топливо и жратва и места им мало… А тут всем всего хватит и еще взапас останется — и уголь и нефть и уран этот, поганый… Лишь бы военщики раньше времени про это все не унюхали…
— Дядь Коль, а бандиты эти, что к нам приклеились… — А ты как думал?! Я им тут госбеспеку сообразил — почище чем Лаврентий Павлович с Феликсом Эдмундовичем… Они ж шустрые, я говорю… У них все нервы в десять раз покороче и весь этот… обмен веществ живехонько крутится. А дураков сюда ни я, ни Давид, светлая ему память, сроду не зазывали… Мы весь этот поверх, одним словом, под контролем имеем… Так что, где что подкрутить и кому чего куда кольнуть — тут они получше Келдыша со Склифосовским напару взятыми скумекают. А как те ко мне хрена своего — Алика энтого, приставили, да еще и ты дергаться начал, так я своим малышам вводную и запустил…
Я привстал.
— Да ты не боись… Мы хороших людей не трогали и трогать не будем…
— Дядь Коль, ты сказал — «мы»…
Мы помолчали.
— Я, ведь, Саш, старый стал. Так что я того… Тоже к ним намылился… Уже и препарат принимаю… Так что — быть тебе Третьим — хошь — не хошь…
Мы опять помолчали с минуту.
— А если все-таки — "не хошь"?
— Эх, Сашка, если бы не твой папан меня тогда на Финской на горбу до медсанбата, да белым днем, да под снайперами дотащил, другой бы у нас расклад вышел… А так — неволить не стану. Ты подумай тут, а я через часок вернусь. Дела у меня там…
Загудел подьемник. Я сел и стал думать.